Кто из нас попал?

Не на него злилась. Не из-за него ревела, а из-за страха в груди. Я осталась со своей проблемой один на один. Как же теперь сказать родителям? Они ведь не простят.

– Стоп. Ты, что, сейчас не лжёшь? – дошло до него, наконец. – Ты залетела?

– Мирский, я считала тебя умнее, но ты… болван, – сглатывая слёзы, ответила ему. – Да, я беременна. Поздравляю, папочка!

Минуту он молчал, с непонятно откуда взявшейся яростью, свирепо смотрел на меня, а потом произнёс:

– Шлюха!

Ни капли веселья на лице и в его глазах.

А его слово заставило задохнуться и залепить ему звонкую пощёчину.

– Мразь! – вернула ему комплимент. – Худшее дерьмо в моей жизни!

Мы буравили друг друга взглядами и не скрывали своей злости.

– Жаль, что у моего ребёнка отец – такое ничтожество.

Сорвавшись, он рывком приблизился и больно схватил меня за плечо.

– Не смей. Слышишь? Не смей приписывать мне своего ублюдка! Я собственными глазами видел, как ты зажималась в клубе с тем уёб..

В глазах потемнело от его обвинений. И ведь мне действительно нечего было возразить.

– Это твой… – произнесла, облизнув губы. – Твой ребёнок.

Больше мне нечего было ему сказать. И оправдываться была не намерена.

– Дрянь! – процедил он. – Я был о тебе лучшего мнения.

Поморщился, словно ему было больно. А потом и вовсе от меня отвернулся, зарываясь пальцами в свои волосы.

Если он сейчас лишь притворялся и позёрничал, то мне было действительно не сладко.

Как я и говорила, здесь и сейчас он должен был принять это. Включить большого мальчика и понести всю ответственность за то, что произошло между нами.

Последняя. Эта была моя последняя попытка.

– Послушай, – сглотнув, сказала, смотря на его спину. – Я повторю это последний раз, и больше ты от меня этого никогда не услышишь. Я беременна от тебя, и у меня никого после той ночи не было. Мне нужна твоя помощь.

Медленно. Как в замедленной съемке, он обернулся ко мне и с ухмылкой на лице ответил: – Никогда. Я никогда не поверю тебе. Сделай одолжение, не появляйся больше мне на глаза. Потаскуха…

Произнеся эти слова, задел меня больно плечом и пошёл прочь, оставляя меня один на один с этой ситуацией.

Я ревела. Сев на скамейку, я рыдала во всё горло, привлекая внимание прохожих. Только ко мне так никто и не подошёл.