Кто из нас попал?

 – А вот и Вадик! – смотря мне за спину, объявила она.

На парковке у клуба остановился чёрный Мерседес представительского класса. Сверкнув яркими фарами, слился с остальными припаркованными автомобилями в темноте.

– Неужели нынче стриптизёры зарабатывают так хорошо? – спросила я подругу, пребывая в лёгком культурном шоке.

Я и сама была не из бедной семьи, но видеть своих сверстников на дорогих автомобилях приходилось не часто. Исключением был его величество Мирский, мелькающий то на Джипе, то на крутом байке.

– Бывшие, – уточнила она. – Сейчас он при отце. В фирме семейной трудится. Нам повезло, что он не отказал. Не так давно он с отцом был не в ладах и устраивал старику бунт на корабле, но теперь образумился. С прошлым завязал. Пришлось попотеть, чтобы уговорить. Я так тебя описала, что его детородный орган дрогнул, и он согласился, – хохотнула Верка, смотря на выходящего из авто парня…

Очень смешно. Как бы не лопнуть от такой радости.

– Надеюсь, мне не придётся с ним рассчитываться натурой? – спросила Верку, оценивающе смотря на красавчика в белой рубашке с распахнутым воротом.

Его мышцы на руках так соблазнительно натягивали ткань, что невольно сглотнула слюну. Ничего себе экземплярчик!

– Не придётся. Сердце Игнатьева пока не свободно. А его согласие – жест доброй воли и… залог моего молчания о небольшой его шалости с подругой его матери.

– Шантаж? – хмыкнула я, смотря на неё с прищуром.

– А то…– засмеялась она. – И даже не спрашивай, кто та самая подруга.

Махнув рукой парню, крикнула:

– Вадим! Мы тут.

Глава 9.

– Салют девочки, – поприветствовал нас давний знакомый Верки. – Все в сборе?

Мамочки… какой привлекательный. Красота, стать, вкус в одежде, всё в нём было бесподобно.

– Лорку ждём, – ответила Селиверстова, пока я пускала слюни на рельефное тело парня. – А это Ярина, о которой я тебе говорила. Сегодня вы – пара! И надеюсь, ты обратишь внимание на неё, а не на мою мать, – с нажимом сказала ему.

Мать твою… Он и Веркина матушка? Шок – это по-нашему.

– И не надейся, язва, – кинул он ей. – Просил же не афишировать. Трудно?

–Прикажешь называть тебя сразу папочкой? – фыркнула она. – Не дождёшься.

–Может, не будем начинать? – вздохнул он. – Просто держи рот на замке.

Видно было, что для парня это тема была больной. Оно и понятно.

– Ярка в доску своя! – стукнула меня по плечу. – А лучше бы, чтобы стала твоя.

Беспардонно. Хотя, это же Верка. В этом вся она.