Мой экстрасенс

Одного Кира не учла, что ноги у нее мокрые, а пол в коридоре плиточный и скользкий. Не успела она сделать и пары шагов, как поскользнулась и так больно припечаталась пятой точкой и затылком, что первое место прострелило резкой болью, а из глаз посыпались искры.

– Ну ты даешь! – вмиг оказался Денис рядом с ней и, как тогда, в детстве, опустился перед ней на корточки. – Где болит? – нахмурился он.

– Везде, – простонала Кира, чувствуя как от боли на глаза просятся слезы и запрещая себе реветь перед ним.

– Встать можешь? – протянул он ей руку.

Такая же – загорелая и жилистая, разве что, в кости стала пошире, как и вся фигура Дениса.

Кира вложила руку в его ладонь, и он медленно потянул, помогая ей сесть. Очень надеялась, что копчик не пострадал. Только этого ей не хватало. Пусть все обойдется ушибом мягкой филейной части, пожалуйста! – мысленно взмолилась она.

– А теперь на ножки… Вот так, умница! – помог он подняться ей на ноги и обхватил за талию. – Голова не кружится? – участливо спросил.

Вел себя Денис сейчас почти безупречно. Если опустить одну пикантную подробность – обнимал он ее совершенно обнаженную. Про такую деталь, как полотенце, Кира умудрилась забыть, как и о том, что только что вышла из ванной. Не иначе, как от удара из головы вылетели все мысли вместе с разумом.

– Мамочки! – пискнула она и рванула вниз, но он опередил ее.

Подняв полотенце, Денис протянул то пунцовой и прячущей глаза Кире со словами:

– Я хирург, и обнаженкой меня трудно удивить.

Кира слушала его в пол-уха, торопясь закутаться в полотенце и даже забыв про боль. Так опростоволоситься! О чем она только думала? Вестимо о чем – о его глазах и руках и о том, что чувствовала сама, когда он ее касался. Дурдом, не иначе! Сейчас она уже жалела, что решилась на эту авантюру и не послушала старшую сестру, что уговаривала ее никуда не ездить. И лицо просто пылает от стыда, хоть беги в ванну и подставляй его теперь под ледяной душ.

– Где я могу переодеться и привести себя в порядок? – вынуждена была она посмотреть на него, хоть и все еще сгорала от стыда и неловкости.

– Пошли, провожу, – подхватил он ее сумку и направился в ту комнату, в которой Кира оказалась в первой. – Не поскользнись снова, – бросил через плечо.

Ну уж нет, второго раза не будет. Лучше она пойдет по стеночке. Да и дальше полы уже были деревянными и не такими скользкими.