Моя нечисть

Наверное, я опять провалилась в забытье, потому что в следующий раз очнулась, от того что к моим губам прижали что-то холодное, и живительная влага полилась в рот. Я глотала ее, как очумелая, вцепившись во флягу обеими руками. Все это время его руки поддерживали мою голову, чтобы не захлебнулась.

С каждым глотком мне становилось все легче. Даже головная боль значительно притупилась, и я смогла посмотреть на своего спасителя и поблагодарить его.

– Как можно быть такой беспечной?! – вместо ответа набросился он на меня с упреками.

– Откуда же я знала, что он там есть?!

Моему возмущению вообще не было предела. Получается, все то время, что умирала от жажды, вода была на расстоянии вытянутой руки от меня? Я даже не знала, чего мне больше всего хочется в этот момент – наброситься на мужчину с кулаками, устроить самоизбиение или вволю посмеяться над собственной глупостью и непрозорливостью. Наверное, всего и сразу. Но вместо этого я посмотрела на того, кто продолжал поддерживать меня своей огромной лапищей, пытаясь сделать взгляд максимально трогательным, и спросила:

– Где я? И почему мне нельзя домой?

– Ты пыталась уйти, – утвердительно кивнул он.

– Почему? – встрепенулась я. – Этот лес заколдован?

– Именно.

– А кто ты?

– Леший. Иван, – схватил он своей ручищей мою и потряс ее в приветственном жесте. – Тебя как зовут?

– Даша, – прошептала я, так как голос снова куда-то исчез.

– А каким я должен быть? – хохотнул Иван. – Лохматым, бородатым стариком в обносках? Тогда, каждый второй бродяга у вас может называться лешим, – тут он уже откровенно рассмеялся, откидывая голову и выставляя мощный кадык на бычьей шее.

Моя же голова при этом мелко затряслась и снова заболела. Я была вынуждена высвободиться из его рук и отодвинуться подальше, хоть даже самой себе не признавалась, как приятно было прижиматься к нему.

– Пойдем. Накормлю тебя и расскажу все по порядку. В конце концов, ты должна узнать правду.

Он поднялся с земли и подал мне руку.

Как хорошо, что он не шел рядом, а двигался впереди меня. Я все больше комплексовала в его присутствии от своего слишком откровенного наряда. Но самое главное, ума не прилагала, чем тут можно прикрыться. Не листьями же мне обвешиваться. Хорошо хоть на дворе лето.