Любимая чужая

И сдалась ему она – почему так позлить-то хочется? Или в Англии ему не хватало именно русской дури?

Стараясь не шуметь, Артем сразу же прокрался на кухню. Каково же было удивление, когда там он обнаружил фею в воздушном бежевом одеянии, достающую бутылку молока из холодильника.

Его фея не заметила сразу, а потом так дернулась от испуга, что аж бутылка выпала из рук.

– Я такой страшный? – усмехнулся Артем.

А сам скользил взглядом по фигуре Леры. Ничего себе ножки! Мечта любой модели, хоть и росточком малявка не вышла.

Но стройненькие, худенькие. А уж что там под этими шортиками, и вовсе лучше не думать, хоть и хочется. А грудь-то какая! Совершенство, пусть и небольшая. Круглая, упругая, дерзкая, так и хочется за нее подержаться, а лучше потерзать ее язычком, губами… М-м-м!..

Стояк сразу же не заставил себя ждать – в джинсах стало тесно, а в голове еще более мутно. Начерта она вообще разгуливает по дому в таком наряде?! Эта маечка на тонких бретелечках ничего же почти не скрывает, и фантазии рождает всякие…

Чтобы только не смотреть на невесту отца, на эту чертовски соблазнительную девчонку, Артем кинулся поднимать бутылку.

Ну и конечно же, его повело. А схватиться он решил за то, что оказалось ближе всего – тонкую трепетную талию феи!

Лера вскрикнула, дернулась, но не тут-то было. Пальцы не слушались Артема и разжиматься отказывались категорически. И пахло от нее просто одуряюще! Не парфюмом, а теплым женским телом, чем-то очень родным и знакомым. Аж голова закружилась еще сильнее.

– Артем, убери, пожалуйста, руки, – тоненьким голоском попросила она, и ее огромные глаза заволокло влагой.

Уж не плакать ли она собралась тут?

Но пальцы по-прежнему не слушались.

– А ты мне сделаешь за это чай? – не узнал он собственный голос, что прозвучал неожиданно хрипло и низко.

– Чай? – опешила она. – Ты пьян?

Подумаешь, пьян. Он уже неделю как такой, только вот с этой крошкой умудрился не пересекаться за всю неделю ни разу. Что, впрочем, не удивительно.

Домой являлся в ночи, а на завтраки принципиально не вставал. Ну а днем опять пускался в разгульную жизнь. Точно пора завязывать, пока не спился окончательно.

– Отпусти меня, пожалуйста, – тверже повторила Лера и взялась за его запястья своими прохладными пальчиками.

Это прикосновение заставило и его разжать пальцы и выпустить эту соблазнительную талию. Но глаза отказывались игнорировать бурно вздымающуюся грудь с выделяющимися под тонкой тканью горошинами.