Беглый жених, или Как тут не свихнуться

Я как раз читала про подвижные атомы, пытаясь рисовать в голове картинку и почему-то парящие ягоды их мне и напомнили. В себя пришла от легкого чавканья, что раздавалось совсем рядом.

– Василий?! – осенило меня раньше, чем успела испугаться.

– Угу. Я, красавица. Вкусная у тебя ягода, хоть и диковинная, – и еще одна черешня выплыла из таза и исчезла в воздухе.

– Ты где был? – отложила я учебник в сторону.

– Гулял, осматривался, – прошепелявил он, не переставая жевать. – Соскучилась, Ксюшенька?

– Дурак ты, Васенька! И не лечишься, – ответила я в тон ему.

 – Как ты из квартиры вышел? Я же заперла дверь.

– Замки для меня не преграда. Отпираю, даже звука не издав. И ни единая дверь не скрипнет, когда отворяю ее. А вот ты почему-то злишься. И еще мясо твое скоро начнет гореть.

– Блин! – подскочила я на кровати и помчалась в кухню.

Ох, Вася! Спасибо тебе! Вовремя предупредил. Еще чуть-чуть, и мясо бы точно пригорело, отдав всю воду. А ему и протушиться-то осталось минут десять, и можно запускать картофель.

Я принялась резать картофель, боковым зрением подмечая, как в кухню вошли трусы, и стараясь не придавать этому значения, как и не пялиться на невидимого Василия. Черт дернул меня за язык попросить его надеть трусы. Я ж теперь только туда и могу смотреть – больше-то не на что. И не смотреть вовсе не могу – как тогда с ним общаться? И были бы еще нормальные эти трусы – семейные, например, в каких любит разгуливать по квартире мой папа.

Так нет же, у этого пришельца стринги! Самые настоящие – с полосочкой в попе. Так и представила себе, как упругие ягодицы трутся друг о друга, когда он ходит… Тьфу ты, черт! О чем я только думаю! А о чем еще мне думать, если он вчера сам познакомил меня с анатомическими подробностями своего тела?!.

– Ловко ты орудуешь ножом, – голос Васи заставил меня дернуться, и конечно же, нож ловко скользнул на палец.

– Ай! Блин!.. Кто же под руку говорит?! – проскулила я, тряся пальцем, и с ужасом наблюдая, как из глубокого пореза начинает сочиться кровь.

– Дай сюда, – приблизились ко мне трусы и взяли за руку.

Моя рука утонула в его, и палец сразу же перестал болеть и пульсировать к моему удивлению. А потом Василий склонился над моей рукой и принялся что-то нашептывать. Тут я уже с ужасом наблюдала, как кровь останавливается, а рана затягивается на глазах. И еще через несколько секунд от пореза не осталось и следа.