100 лет без любви

 – Вера, ну в гроб же краше кладут! Ну-ка щеки пощипай!

Не дожидаясь, когда я отреагирую, она больно ущипнула меня за обе щеки, так что они загорели, словно меня отхлестали как следует. А потом схватила за руку и потащила из комнаты.

– Глаза опусти долу, бестыжие они у тебя, – велела мать.

Первым бросился в глаза Гриша. Ну, почему он всегда так смотрит? Словно и не видит ничего вокруг? Лицо все сплошь рябое, нос великоват, а губы тонковаты… Совершенно ты некрасивый, Григорий. Но, какие же добрые у тебя глаза! Добрые и наивные, как у малого дитя.

Почему-то всегда в душе рождалась жалость, глядя на него. Становилось стыдно, что он ко мне с чистыми помыслами, а я люблю другого, хоть и не бывать нам вместе.

То ли дело его родители. Осматривают, прицениваются, словно на базаре. И лица такие подозрительные, точно товар им бракованный подсунуть хотят. От возмущения и стыда меня начало подташнивать.

– Пройдись, красавица, чтобы мы тебя как следует рассмотрели. Да платок сними – покажи косу…

Не похож Гриша на своего отца, который командовал сейчас, что делать мне.

Здоровенный такой рыжий мужик, с густой бородой и усищами. Сын, видать, в мать пошел – такой же бесцветный и забитый.

Я посмотрела на своего папашу. Развалился на лавке, довольный. Неужели до такой степени мечтает сбыть с рук свою единственную дочь? Мать ладно, боится, что в девках засижусь, все-таки семнадцать годков уже стукнуло. Но папаша-то…

Кажется позор мой подошел к концу, потому что отец Григория довольно потер руки и крикнул зычным басом:

– Неси, хозяйка, мед! Праздновать будем…

Надежды, что Гриша пригубит кружку и отставит, не было.

Руки его дрожали, а мед стекал по подбородку, когда он торопливо его заглатывал. Он не остановился, пока кружка не опустела, а потом демонстративно перевернул ее вверх дном.

– Ждите сватов, хозяева, – снова заговорил отец Григория. – Думаю, через недельку…

– А сейчас отведайте нашего угощения, не побрезгуйте. – Мать пригласила гостей к столу.

Меня посадили рядом с Григорием. Я видела его тонкие, беспокойные пальцы, чувствовала, как он норовит прижаться ко мне плечом, и не могла побороть отвращение. Господи, дай мне силы пройти через это достойно!

* * *

В субботу потеплело. И сразу же началась весна – с крыш активно капало, потекли ручьи, и даже птицы защебетали радостно и по-весеннему. Не хватало только солнышка, которое захватили в плен темные осенние тучи.