Золотая бабочка

В машине она молчала и пыталась слушать Фабрицио, который методично докладывал ей о сути предстоящего совещания.

– Дэн Хьюстон… Расскажите мне о нем, – невежливо перебила она Фабрицио. Тот ничем не выдал негодования, хотя, Лючия была уверена, весь взорвался от злости.

– Дэн Хьюстон, полное имя Даниэль Джозеф Альберт Хьюстон, сын Майкла Хьюстона, стального короля.

Лючия хихикнула. Какое совпадение – она золотая принцесса, он – сын стального короля.

– В шестнадцать лет он ушел из дома, полностью разорвав все отношения с отцом.

Что послужило этому причиной – неизвестно. Скорее всего, они просто рассорились, но это всего лишь догадки. Ни Майкл, ни Даниэль никогда не затрагивают эту тему.

Лючия выразительно подняла брови. Она хотела продемонстрировать презрение, уязвить его, и Фабрицио прекрасно понял девушку.

– Да, по этому поводу нам ничего не удалось выяснить, – невозмутимо подтвердил он. – Дэн Хьюстон – обладатель нескольких дизайнерских премий, его рекламные проекты широко известны.

Семь лет назад он организовал Хьюстон Эдвертайзинг и многого добился на этом поприще…

– Еще бы, с таким папочкой, – хмыкнула Лючия. – Любой бы смог.

– Мистер Хьюстон здесь совершенно не причем, – ледяным тоном заметил Фабрицио. – Даниэль – настоящий боец, поэтому мистер Грациано поручил именно Хьюстон Эдвертайзинг проводить рекламную кампанию в Америке.

Лючия уловила в голосе Фабрицио намек на то, что уже она-то как раз не обладает бойцовскими качествами и не достойна того, чтобы представлять итальянскую сторону в этой сделке.

Она решила обидеться и при случае обязательно рассказать отцу, что его верный Фабрицио переходит все мыслимые границы!

– Допустим, – сухо произнесла она. – Сколько лет Хьюстону?

Да, вот именно в такой манере она и будет общаться с Фабрицио. Деловой и формальной, чтобы помнил о том, кто хозяин.

– Двадцать восемь.

Это прозвучало интригующе.

– Женат?

– Нет.

– Как много ты знаешь, – с иронией заметила она по-итальянски.

– Таким образом я зарабатываю себе на жизнь, – ответил Фабрицио по-прежнему на английском. Лючия восприняла это как свидетельство того, что он не желает продолжать разговор. Вот и отлично. Она тоже лучше в окно посмотрит.

К Хьюстон Эдвертайзинг они подъехали в гробовом молчании. Фабрицио помог Лючии выйти из машины и лишь усмехнулся, когда она присвистнула:

– Ничего себе зданьице!

Внутри их встречала небольшая делегация.