Ангелина – принцесса сказок

Герман никогда рядом не пролетал: наверное, сломалась не только волшебная палочка, но и метла».

Петя особенно старательно выводил букву «Г» перед словом «Герман». Что он имел в виду, он никому не сказал, потому что был воспитанным мальчиком, однако все и так всё поняли. Петя дописал до точки, Дипи помазюкал копыто в грязи и поставил на справку «печать», а Пеги нацарапала автограф: «Каралевская асоба Крылатая Пеги».

«Г» униженно поклонилось честной компании и побрело в сторону поющих лугов.

15.

И тут Петя случайно в кармане брюк нащупал книжицу, что он машинально подобрал в потайной комнате.

Это был Дневник Светозара. Мальчик его с интересом открыл. Его спутники тоже с любопытством туда заглянули, но ничего не увидели: для них записная книга Светозара была пуста.

– Что там? – спросила заинтригованная госпожа Элпис, выражая всеобщий интерес.

– Там – всего лишь стихотворение, что родилось в душе принцессы Ангелины в подземелье, – ответил Петя, правнук Светозара.

– Прочитай нам его, пожалуйста, – умоляюще попросил Дипи.

Петя внимательно оглядел своих друзей и начал с выражением читать.

Утром после дождя

Навзрыд наплакавшись за день,

Затихла слёзная соната,

И капель разрыдалась звень

С зелёных прядей винограда.

А свежесть мирно разлилась.

И так душе незябко стало,

Что я подпала вдруг под власть

Не знающего смерть начала.

И тлен, и миг, и боль эпох

Побеждены красой нетленной.

И стало ясно: с нами – Бог.

И мы с Ним – в музе вдохновенной.

А капли падали звеня

В траву, где пряный ландыш мая,

И звали ласково меня

К земле прильнуть всё принимая.

Полей дымилась гладь и ширь

Туманным сном с лесной прохладой.

И плакал первозданный мир

С рыдающим в сапфирах садом.

Все зачарованно слушали и любовались красотой мира вокруг. Когда Петя читал про майский ландыш, люди и животные в траве увидели этот белоснежный цветок. И неодолимое желание слиться с миром и поклониться ему родилось в душе каждого: все нежно прикоснулись к ландышу и вдохнули в себя его пьянящий сладковатый аромат.

Петя дочитал стихотворение, но никто не хотел ничего говорить, потому что молчание и было особым пониманием услышанного.

«После дождя трава особенно вкусная и сочная», – подумал Дипи.

«Поэзия выше смерти», – решила госпожа Элпис.

«Пока живы вдохновенная муза и человеческий гений в молитвенном горении перед Богом, мир сказок будет процветать», – думалось Крылатой Пеги.