Завещание соседки

Наслаждение и страх, и радость, и горечь, жестокость и нежность, и черт знает что еще, чему никогда не было названия. И на поверхности не всплывало ни одной мысли.

Так было всегда. Он всегда шел до конца, до полного изнеможения, переступал все пределы, А она чувствовала себя растерзанной, и блаженствовала как красавицы в триллерах, когда Дракула пил их горячую кровь.

Наконец Вере удалось остановить грохот и кружение вселенной. Она открыла глаза. Денис сидел на постели и курил, неотрывно глядя на нее глазами, в которых резвилось до боли знакомое пламя.

В комнате было почти совсем темно. Только цветная подсветка, проникающая от рекламных огней с улицы, позволяла что-то разглядеть. Она поднялась и закуталась в просторный розовый халат.

– Так что за горилла был с тобой утром?

Вера напряглась:

– Он вовсе не горилла.

– Ну-ну. Не ожидал увидеть тебя в таком обществе.

Она щелкнула выключателем, и комната озарилась мягким розовым светом бра.

Ей стало смутно и слегка тревожно. Что не так?

Ах, да. Все телефоны выключены. Это все-таки слишком. Она поспешно вернула вилку в розетку, потом включила сотовый.

– Ждешь звонка?

– Нет. Но позвонить могут, – она прошла в коридор, где взгляд упал на бедного косолапого. Мишка валялся на полу, подняв кверху все четыре плюшевые лапки. – Бедняжка!

Денис неслышно возник за спиной и обхватил ее сильными, горячими руками:

– Я не помню эту игрушку.

Потеревшись головой о его щеку, она засмеялась:

– Мне подарили его сегодня.

– Вчера.

– Ну да, вчера. – стало еще веселее. – Знаешь, я проголодалась.

– Я не решался на такую прозу.

Плюшевый мишка был усажен на холодильник, откуда по-детски добродушно поглядывал своими черными глазками-бусинками. Обидно, что Денис не интересуется этим странным подарком. И в душе опять всколыхнулось что-то похожее на тоску. Однако! – только не теперь, не сейчас.

И она с энтузиазмом вылила взбитые с молоком яйца на ветчину, стрекотавшую на сковороде.

В прихожей резко зазвонил телефон, и Вера метнулась к нему, уронив миску на светлую плитку пола.

– Привет, это я, – прозвучал твердый, но какой-то бесцветный голос.

– В чем дело, Игорь? Ночь на дворе, – почти шепотом ответила она, чувствуя поднимающийся изнутри жар.

– Извини. Я разбудил?

– А ты как думаешь?

– Неважно.