Страхи соло

И сердце радостно подпрыгнуло: уже четверть седьмого, а значит, учитывая конец недели, можно отправляться по домам. Странно, похоже, кроме меня, это никому не приходило в голову. Наглядная демонстрация массового поражения трудоголизмом.

Что ж, я в таком случае вполне здорова. Сразу после визита к боссу – домой.

Терехов сидел за своим огромным столом и со скучающим видом смотрел на монитор. При виде меня он изобразил легкое удивление и еще более легкую радость:

– Так ты еще на работе? Прекрасно.

– Как раз собиралась уходить. У вас что-то срочное? – Что за цирк! Если от его внимания не ускользнуло, что рабочий день кончился, незачем было вызывать!

– Знаешь, твои коллеги беспокоятся о тебе, – бодро сообщил Вадим. Кивком головы он предложил мне сесть, – говорят, ты стала очень нервной и рассеянной последнее время.

Огромное спасибо коллегам. И «душке» Попову – в первую очередь.

– И что же? – я продолжала стоять, облокотившись рукой на один из стульев. Точно в позе не слишком любезной официантки, принимающей заказ на комплексный обед.

– Вынужден предположить, что это из-за меня.

– Что? – красноречие явно покинуло меня, и, боюсь, то же самое собирался сделать и мой голос. Что же это происходит?

– То, дорогая, что ты напряжена, взвинчена и что там еще с тобой! – Он встал, взял со стола какие-то ключи и, бросив их в карман, направился ко мне, – Вот я и подумал, что нам стоит попытаться как-то наладить отношения.

Теперь он уже просто нависал надо мной, нагло, то есть спокойно и чуть насмешливо, глядя прямо в глаза.

– У нас нормальные рабочие отношения, – прохрипела я, задрав голову, – Не все боссы и сотрудники живут душа в душу и дружат семьями, – к концу фразы я совсем выдохлась, тем ни менее дар речи вернулся, и меня захлестнула гордость.

– Согласен. Но мы можем попытаться. Ладно, рабочий день кончился, я приглашаю тебя поужинать. – Он со смехом поднял руку, предупреждая очевидный ответ: – Возможно, я второй раз наступаю на одни и те же грабли, но теперь я официально заявляю, что ни о каких ухаживаниях и речи нет.

– Нет. И если это все, то я, пожалуй, пойду.

– Лена! – он остановил меня за руку, когда я уже собиралась ретироваться к выходу, – Что за детский сад? Ты прекрасно понимаешь, что надо поговорить.