Принцесса Севера

Осторожно открыв дверь, он замер, а потом резко ступил вперед и закрыл за собой дверь, отрезая себя и сидящую на полу девушку в ночной сорочке с голыми ступнями от внешнего мира, даже засов на дверь набросил. – Элла!

– Ацот? Ты? – поднимая на него глаза полные слез, спросила девушка. И столько в них было горя, что сердце молодого человека дрогнуло.

– Я, не бойся, я закрыл дверь, никто и никогда ничего не узнает, – шептал он, садясь перед ней на колени и притягивая ее голову к себе на плечо, обхватывая за худенькие плечи и легонько поглаживая по спине.

А Элла взглянула на него своими серыми глазами, цвета тумана и вытерла щеку ладошкой: – Спасибо.

– Где твой отец?

– Ушел, представляешь, он написал письмо, в котором просит меня отправиться в академию, даже денег оставил на поступление, – и она протянула ему помятую бумажку, мокрую от слез, но такую ненавистную ему в эту минуту.

– Значит, идем в академию, – решительно сказал уже не мальчик. Мир, в котором он жил до этого встал с головы на ноги в тот момент, когда он увидел ее длинные серебреные волосы, и понял, кто перед ним и ужаснулся от того, что будет, если ее увидят другие.

Маг! Маг, которому грозит смертная казнь, во всяком случае, в этой стране.

– Идем? – девочка смотрела на него мокрыми от слез глазами, и в них он увидел надежду. Это придало сил.

– Я тебя не брошу, – гладя ее по голове, переплетая пальцы с ее волосами, понимая, что он больше не сможет отпустить ее, знать, что она там идет по дорогам их мира одна и лишь жалеть обо всем, обо всех своих упущенных возможностях, которые мог и не терять.

– Но твой отец, матушка, братья? – спросила девушка больше для себя, чем для него.

– Проживут и без меня, – строго сказал молодой человек и вдруг заторопился. – Нужно сделать из тебя мальчишку. Будем стричь или будем их красить? Нельзя чтобы тебя увидели, как-то же вы с ними справлялись до сих пор, – пропуская шелк ее волос сквозь свои пальцы, спросил он. Но как можно такую красоту отрезать? Как можно ее спрятать под краской?

– Отец делал краску, но лучше твой вариант, я согласна их отрезать, – девушка встала, отряхнула ночную сорочку и подняла смущенный взгляд серых глаз на молодого человека.

Черноглаз, черноволос, высокий, стройный, по-мальчишечьи еще несуразный, но такой серьезный. – Тебе нельзя уходить, ты должен остаться, да и академия находится в другом государстве, я не могу забрать тебя от родных. Это неправильно.