Принцесса Севера

Для детей крестьян нет школ, кроме церковно-приходской, и там строгие правила, которые навязывали и нашей семье. И главное правило: девочки должны ходить в платьях, длина юбки должна доставать до щиколотки, волосы должны быть заплетены в тугие косы, на ногах ботинки, на поясе передник, голову необходимо повязывать платком.

Насчет платка, согласна, мои от рождения белоснежные волосы приходилось красить каждую неделю, чтобы не дай бог, кто узнал о моей даре, вернее магии. Потому платок был даже, кстати, а вот юбка – нет.

Терпеть не могу юбки. Я в них всегда путалась ногами, вначале даже падала, пачкалась, получала от отца тумаки и пинки, а потом шла на речку и со слезами на глазах, стирала подол платья, проклиная свою жизнь.

Но школу я закончила. Вернее не так – бросила, когда отец исчез.

Мое пятнадцатилетие ознаменовало то, что я проспала. Впервые – проспала.

На столе на маленькой кухне, лежал листок с прощанием от сильного гордого человека, который так и не смирился с моим рождением и мешочек с золотом.

«Дочь, больше я жить так не могу. Простишь ли ты меня, не знаю. Но хочу лишь дать наказ: живи так, чтобы мне не было стыдно за тебя. Живи так, чтобы с гордостью носить свое имя. Живи так, чтобы когда мы встретимся, ты могла похвастаться своими успехами. Я верю, что ты сделаешь все, чтобы твоя магия не зачахла, развивай ее. Этого золота хватит, чтобы ты смогла поступить в академию в городе Вароз, королевство Синон. Именно там единственное место, где развивают магически одаренных детей.

Иди туда. И помни, что твое имя означает – жизнь, значит, живи так, чтобы потом было не стыдно от прожитых лет. Прости меня, если сможешь», – и все. Ни подписи, ничего.

Не хватало слез, чтобы высказать, как же мне было страшно в этот момент. Я всегда знала, что отец уйдет, когда-нибудь, но не думала что так скоро. Я плакала и плакала, и никак не могла остановиться. Сейчас казалось, что весь мир против меня, что стоит мне выйти за дверь и меня тут же схватят и убьют, что каждый при виде меня, будет показывать на меня пальцем и грозить смертью.

Мне пятнадцать лет и я никак не могла понять, как можно так относиться к своему ребенку, чтобы не любить, а бросить, да еще и в день рождения. Но ничего нельзя вернуть и мы становимся старше иногда за считанные минуты. Вот так и я – девчонка, выросшая в глуши, в селе под громким названием Артхел, за секунду выросла.