Долгий путь мрака

Сложно ступить в ту комнату, потому что в ней нет ничего, ни мебели, ни окна, ни одной вещи, кроме … кроме горы денег и драгоценностей. Выходит, именно Лёнино предчувствие верное!

– Я умер? Я умер и попал в рай? – голос друга полон благоговения.

Серый широко улыбается. Наконец-то! Наконец-то и ему улыбнулась удача. Проклятая бедность теперь позади! Он взвизгивает почти по-девчачьи. Снимает свой рюкзак, начинает сгребать в него всё, без разбору. Любые купюры дороги, они изменят его жизнь, жизнь его таких же бедных родителей, старых и больных бабушки с дедушкой!

Лёня более вдумчиво относится к вопросу кражи.

Забирает только самые большие купюры, поэтому действует медленнее. Зато драгоценности берет любые, всё равно он не отличит бриллиант от подделки. Но полагает, последних тут нет.

Даже когда сумки, карманы воров полны, они не торопятся покинуть эту чудесную комнату.

– Вернемся, как отнесем это всё в надежное место, – лениво произносит Леня, лежа на куче денег.

Серый пихает его в бок:

– Жаль, мы не догадались взять с собой шампанского.

– Фу, я это дерьмо не пью, – фыркает Лёня.

– Я тоже, – торопится оправдаться Серый. – Как в кино бы было.

– Да. Я себя так и чувствую, как в кино, – довольно кивает Лёня. Сгребает деньги, подбрасывает их вверх.

Наконец, воры находят в себе силы покинуть комнату, время то идет, а им нужно будет еще вернуться сюда до окончания ночи.

Лёня напоследок гладит дверь сокровищницы, Серый улыбается, хочет что-то сказать, но не успевает, потому что слышится жалобное и протяжное:

– Я маленькое привидение… и я хочу есть! – договаривается жестко, зло.

Воры замирают.

– Быстрее уходим!

Серый быстрее друга приходит в себя, кидается к выходу из квартиры, Лёня отстает от него буквально на полшага, испуганно дышит в ухо.

– Ну, куда же вы? Мне будет одиноко без вас, останьтесь пожалуйста! – издевательски канючит непонятно откуда доносящийся женский голос.

Воры видят желанную дверь. Неожиданно Лёня спотыкается, будто от подсечки. Падает. И кричит:

– Нет! Не надо!

– Надо, Лёня, надо, – отвечают ему еще громче, смеясь.

Серый оглядывается, в ужасе наблюдает, как на теле Лёни появляются длинные царапины. Сначала неглубокие, просто рвущие одежду. Но потом становятся глубже, пропарывают кожу насквозь.