Ирония судьбы. Танец Феникса

Может она, соприкасаясь с магией молодого Барета, требует его постоянного присутствия рядом с ним? Может Барета нужно сделать своим телохранителем и поверенным, а не заставлять расследовать дела и пытаться сделать из него дознавателя? Столько вопросов, а ответа всё так же нет.

– Господин, трость! – из ворот пытаясь догнать карету, выбежал слуга в ливрее дома князя Килгана и бросился вслед карете, размахивая руками, но вскоре остановился и печально покачал головой. – Вот же и что мне с ней делать?

Эммер обрадовался, появился шанс сходить ещё в один дом в этот вечер, повернулся к слуге и протянул руку: – Можешь отдать мне, я передам молодому господину, и тебе будет меньше проблем.

С поклоном почти до земли, ему в руки передали трость с набалдашником в виде золотой совы и быстро ретировались. Кто их знает этих принцев, что ему в голову взбредет, вдруг передумает. Эммер оглянулся всё ещё пытаясь осознать, что молодого Барета от него увезли, не спросив его разрешения.

– Ваше высочество, что нам делать сейчас? – рядом материализовался его камердинер.

– Нужно её отдать, да, и хочу сам всё увидеть. Идём, – сейчас стоя почти у ворот въезда к поместью князя, принцу очень не хочется возвращаться обратно, а вот приехать в дом к тому, к кому столько вопросов, ой как хочется. Если он сейчас уйдёт, у князя будет много вопросов, но идти с извинениями обратно сейчас Эммер не хотел, потому решил, что ему извиняться нет нужды, он может отправляться к Барету.

– Сюда, наши лошади рядом, – камердинер молодой человек, вышколенный императором, до почти рабского подчинения принцу, показал рукой, куда нужно пройти и придержал гнедого, чтобы принцу было легко на него вскочить.

***

Рей уложив Лану на кровать, сначала сделал настойку, чтобы снять похмелье, напоил Лану, а затем занялся её спиной: – И зачем так себя мучить? Вот нужен был тебе этот званый ужин?

– Нужен, теперь я знаю немного больше высшего света столицы. Прости, я немного увлеклась вином, – шептала девушка, млея под его пальчиками.

Она лежала на животе, а её спину осторожно массировали сейчас нежные руки Рея. Он пробежался по её плечам, легко захватил её кожу на лопатках и выбил из неё стон, когда ещё нежнее, только подушечками пальцев прошелся по её синякам оставленным бинтами на спине и рёбрах. Её стон был для него слаще музыки, а её улыбка, которую она ему подарила, вызвала у него ответную и так захотелось скрыть её от взглядов всех мужчин этого мира.