Охота на охотника

Стоило пять лет потерпеть вздорного толстого старикана, чтобы потом получить солидный куш в пятнадцать миллионов долларов и полную свободу. Недурная карьера для дочки заурядного клерка и домохозяйки.

Теперь ее имя было известно всему Нью-Йорку, шить для нее платья почитали за честь ведущие модельеры, и как минимум раз в неделю кто-нибудь объяснялся ей в любви и делал предложение. Однако Эмили не торопилась выходить замуж. То ли воспоминания о первом браке с шестидесятилетним Мавериком были слишком свежи в ее памяти, то ли сердце ее пока молчало, то ли она сомневалась в бескорыстных чувствах своих обожателей.

Три с лишним года вдовела Эмили Маверик, и за все это время она не удостоила своим вниманием ни одного поклонника. Имени ее официального любовника не знал никто. В глазах нью-йоркского высшего света миссис Маверик была почти что праведницей…

– О Даррене? – уточнил Эл, как будто Эмили мог интересовать какой-либо другой его приятель.

Эмили кивнула.

– Но ведь вы же и так о нем все знаете! – простодушно воскликнул Эл.

– Меня не интересуют газеты, – махнула она рукой. – Там вечно понапишут всякой ерунды. Расскажите мне, что он из себя представляет… Что любит, чем увлекается…

Что-то в голосе Эмили заставило Эла внимательнее к ней присмотреться. Нежные щечки миссис Маверик раскраснелись, а глаза блестели гораздо ярче обычного. Несомненно, великосветский успех ее салона кружил ей голову, однако многоопытный Эл почуял и нечто более глубокое.

Нет, этого не может быть. Эл отогнал от себя крамольную мысль. Эмили просто интересуется необычным человеком, она же известная собирательница редкостей.

– Что я могу рассказать вам о Даррене, – вздохнул Эл. – Нелегко с ним. В джунглях он настолько отвыкает от человеческого общества, что потом его приходится чуть ли не заново обучать правилам поведения.

– Но ведь он не в одиночку отправляется в свои экспедиции?

– По разному. Однажды он прожил пять месяцев на севере Бразилии, и за все это время лишь один раз встретился с вождем племени араваков.

– Бедняжка, – ахнула Эмили.

– Смею вас заверить, Даррен нисколько не страдает от одиночества, – усмехнулся Эл. – Наоборот. Его ужасно раздражают современные города и толпы людей.