Ведьма развлекается

Яга видит это и встревоженно спрашивает:

– Что-то случилось?

– Угу. Моей спокойной жизни только что пришел конец.

И уже мысленно:

«Лена, прошу, нет, умоляю: скажи, что ты всего лишь мой ночной кошмар!»

Не повелась, не обиделась, не исчезла. Наоборот:

«Даня, только ты мне можешь помочь! Он умирает, Даня!»

Я выругался, правда, мысленно. И кого еще она там прибила? Вот же… 33 несчастья!!!

«Сможешь открыть портал к Яге?»

Хотя кого я спрашиваю? Через несколько секунд Лена, испуганная и взволнованная, привычно раскрывает портал.

– Что произошло, Лена?

Ведьма отступает в сторону, показывая застывшего в стазисе оленя, стараясь не заплакать:

– Вот. Это Ники, мой друг. Он – оборотень. Я только что нашла его. Не знаю, что делать?

Я встаю и качаю головой:

– Да, Лена, не ищешь ты легкой жизни.

Оленя лечили мы оба. Я поддерживал его жизненные силы, щедро делясь своими, Яговна врачевала раны. Провозились всю ночь, и к утру сил ни у меня, ни у нее не было уже ни на что.

Магдалена:

В честь приезда моей тетушки Василиса и Елисей накрыли стол. «Скромный», по заверению подруги, ужин состоял из блинов с красной икрой и сметаной, нескольких видов каш, пирогов с рыбой и мясом, запеченных в тесте гусей и уток и небывалого разнообразия соков, вин и водки. Моя родственница от подобного приема была в шоке.

– Это же еда, достойная императора, – бормотала себе под нос Элеонора, проворно накладывая на тарелку очередное блюдо.

Мои работодатели с умилением наблюдали за Эли и ее здоровым аппетитом.

Покончив с основными продуктами, мы собирались приступить к десерту, когда за окнами послышался шум. Елисей удивленно вскинул брови и повернулся к стоявшему гипсовой статуей мажордому:

– Пойди выясни, что там такое.

Мажордом величественно поклонился и вышел из зала. Вернувшись через несколько секунд, он с невозмутимым видом доложил, что стража пытается не пустить во дворец Пашку, который, напившись, решил, что ему жизненно необходимо на ночь глядя увидеть ведьму.

– Выпорю, – грозно сощурился царь. – Совсем распоясался.

– Ой, – оживилась вдруг Эли. – Это же тот самый начитанный крестьянин, что Лене прохода не дает? Елисей, позвольте, пожалуйста, мне с ним пообщаться.