Ведьма работает

Результаты уже впечатляли, но оборотню все было мало, и несчастных стрельцов поднимали в пять утра, позволяли полчаса пообедать в двенадцать и отпускали на отдых в десять вечера, когда в столице начинался комендантский час. До кроватей доходили не все. Многие валились спать прямиком на плацу и на утро получали дополнительные задания за нарушение режима. Попущение было только тем, кто по графику патрулировал улицы или же дежурил у меня в канцелярии, так что желающие на эти две далеко не легкие работы никогда не переводились.

– Шикарно выглядишь, – нахально заявил оборотень, без стеснения плюхаясь в кресло напротив постели.

– Зеркало рядом, можешь обернуться и на себя полюбоваться, – не осталась в долгу я.

Друг фыркнул.

– Скажи мне, Лена, кто первый назвал тебя 33 несчастья? Пойду этому человеку в ножки поклонюсь.

Вот же умник.

– Ники, я полночи не спала, чтобы от тебя сомнительные комплименты выслушивать?

– Ладно, не ершись. Признаю, погорячился. Лучше скажи, куда мой стрелец подевался?

– Который?

– Тот, что к тебе в дежурные вчера напросился.

– Понятия не имею. Я отправила его проводить до дома задержанного, а сама пошла спать.

– Да? Очень интересно. В казарму он не вернулся. И кого же он провожал?

– Козьму-шорника. Тот почему-то за три квартала от дома после десяти часов ночи «гулял». Вот патруль его и поймал. Ну и ко мне, ясное дело, препроводил.

– Так… Ладно, пойду разбираться.

Оборотень ушел, а я, взглянув на часы и осознав, что мои работодатели давным-давно закончили свою трапезу, направилась прямиком на кухню: завтракать.

Максимилиан Цирин:

До начала лета осталось буквально три-четыре недели, хоть солнышко немилосердно припекало уже сейчас. Большинство адептов, успешно сдав экзамены и пройдя обязательную ежегодную практику, уже разъехалось по домам до сентября, оставив в академии все полученные за год знания. Их не особо удачливые товарищи должны были ждать переэкзаменовки в конце июня. Именно тогда я и принимал решение, оставить ли этих лоботрясов продолжать обучение или отправить восвояси, предварительно запечатав их магию.

Кроме двоечников, остался еще и Арни. Возвращаться ему, гостю из далекого прошлого, одному из последних выживших цирхов, за неимением давно пропашего дома, было некуда. И естественно, что его невозможно было вытянуть сейчас из местной библиотеки. Парень там дневал и ночевал, забыв напрочь даже о еде. Вместо пищи он с жадностью поглощал очередные порции информации.