Ведьма работает

В чулане и коридоре, которые я, не жалея сил, освещала магией, тоже пусто. Жаль.

Выйдя из домика, я первым делом сняла со здания и дворика заклинание для отвода глаз и тут же услышала за спиной изумленный возглас стрельца, мявшегося неподалеку, у калитки:

– Так это ж Аники-кузнеца дом-то! То-то я смотрю и понять не могу: местность вроде бы знакомая, а сообразить, что здесь должно быть, как-то не получается.

Мы с оборотнем, многозначительно переглянувшись, обернулись к говорившему.

– Что-то на кузницу совсем не похоже, – заметил Ники, внимательно смотря на подчиненного.

Тот пожал плечами, по-видимому, не заметив скепсиса в голосе начальника:

– Так кузнец – это не профессия, а прозвище. Он любил говорить: «Ну вот, сейчас и подкуем дело твое».

Хм…

– «Любил»?

– Да, госпожа ведьма, – почтительно ответил паренёк, – он был сильным черным колдуном, поговаривают, из ваших-то, из аристократов, гордый больно, да только ярко-рыжий. Исчез как-то совсем внезапно, где-то за пару месяцев до вашего здесь появления.

Пропал однажды утром, словно его и не было его никогда, и вещи свои колдовские с собой забрал все. А домик этот так и остался без хозяина стоять. Людям в нем было боязно находиться: будто выгонял кто каждого, пытавшего зайти внутрь. Народ-то, грешным делом, все на домового, хранителя домика, списывал. А вот теперь как знать, может, это дух самого Аники и был… Может, он уже того… Помер давным-давно…

Пару месяцев, говоришь? И еще один рыжий «аристократ»? Странно все это… Надо бы царскую чету порасспросить.

Может, они что интересное расскажут.

– Аника-кузнец? – Елисей удивленно нахмурился. – Помню, конечно. Такого и захочешь, да не забудешь. Тот еще «фрукт» был. «Гнилой» полностью. Хитрый, наглый, ушлый, беспринципный. За пару серебряных монет собственную мать придушил бы, не раздумывая ни минуты. Как по мне, он был обычным шарлатаном: ничего особенного в магии не знал и не умел, так, по мелочи, крестьян попугать и медяков с них набрать. И да, действительно, был рыжим.

– А пропал он как? И куда?

– Да кто ж его знает-то, – пожал плечами мой работодатель, сидя вольготно в кресле с высокой спинкой и рассеянно вертя в руках небольшой кинжальчик для фруктов с ручкой, инкрустированной драгоценными каменьями, – подарок какого-то фрезийского негоцианта «в благодарность Его Величеству царю Роси Елисею за успешное разрешение торговых проблем». – Я никогда не вдавался в это и не старался узнать. Исчез – и слава всем известным богам.