Старую деву вызывали? Нет? Сочувствую

О чем можно рассказывать двум сорванцам, да еще и магически одаренным? Они ж даже из колобка в конечном счете голема сделают.

В голову лезли только приключения мушкетеров.

Посомневавшись несколько минут, я все же начала пересказывать книгу. Судя по горевшим огнем знаний глазам Джонни, следующие несколько недель обещали быть очень, очень насыщенными. Но к тому моменту здесь должны были появиться родители малолетних хулиганов. И, возможно, учителя. Тех же хулиганов. Так что, вполне возможно, проделок будет мало.

Любопытные детки старательно выясняли, и кто такие мушкетеры, и почему они воюют за императора, и какими именно способами воюют. Да и вообще, расскажите, нирья Арина, много-много подробностей, с помощью которых здесь можно поставить все с ног на голову.

Я дошла до сцены с поездкой в Англию за подвесками, когда в дверь постучали.

– Нирья Арина, к Джонни и Алисе родители приехали.

Дети счастливо завизжали. Мушкетеры были забыты.

Естественно, я поднялась со скамейки, сразу же растворившейся в воздухе.

Нужно было спускаться в холл, встречать родителей мелких, которые, вообще-то, должны были появиться на пару-тройку дней позже.

– Идем медленно, не летим, – строго посмотрела я на своих подопечных.

Они часто-часто закивали. Но, похоже, мои наставления забудутся сразу же, как только мы выйдем из оранжереи.

Глава 10

Конечно же, так оно и получилось. Почти так, да. Дети чинно шли по коридору третьего этажа, относительно спокойно спустились на второй и прошли по нему. А потом… не успели мы подойти к лестнице, как и Джонни, и Алиса сорвались на бег. Как они только не свернули себе головы на ступеньках, ведущих вниз, ума не приложу. Все мои поучения и указания были мгновенно забыты. И дети со счастливым визгом повисли на родителях, совсем недавно вышедших из портала.

Высокий молодой брюнет и яркая статная блондинка, одетые в наряды по последней столичной моде, с радостью подхватили на руки своих чад и прижали их к себе. Они отлично выглядели. Вот кто действительно ощущал себя хозяевами жизни. Во всей их позе ощущалось спокойствие и величавость, впрочем, как и в позах их родителей, моих нанимателей, стоявших поодаль.

Но мое внимание привлекли не они, нет.