Предсказанный муж. Игры с драконом

Да уж, похоже, аукцион ожидается веселым…

– Он же не должен… – еле слышно пробормотала подруга.

Я не стала уточнять, о ком конкретно шла речь: о кронпринце Дорионе или о поднимавшемся рядом с ним по мраморным ступенькам лорде Шаринасе.

Как и в прошлый раз, залы были переполнены. Только на этот раз в салоне бродило больше мужчин, чем женщин. Зато мои картины висели везде. С ценами. Я посмотрела на один из ценников и поняла, что Агнесса все это время безбожно меня дурила.

– Вера, – к нам уже спешила владелица галереи.

Небрежно кивнув моим спутникам, баронесса, снова одетая по-мужски, подхватила меня под локоть и повела в сторону сцены, устроенной, как и в прошлый раз, перед входом. – Давно пора начинать. Ты видела?

– Что? – не поняла я.

– Кого! Лорда Шаринаса!

Еще одна сплетница на мою голову…

– И что? – как можно более равнодушно спросила я.

– Вера! – глаза баронессы блеснули. – Я очень надеюсь, что он, как поклонник твоего творчества, поможет мне распродать твои картины по выгодной цене!

Читай: «Скупит все сам, потому что хочет тебя добиться».

– Тут еще и кронпринц, – пожала я плечами, садясь в кресло рядом с Агнессой.

– Это не то, – небрежно качнула головой женщина. – Его высочество – не любитель живописи.

А дракон, значит, любитель? Только живописи ли?..

Аукцион проводился немного не так, как это делалось на Земле. Мы с баронессой сидели на импровизированной сцене, рядом с нами расположился носитель Силы.

Он, при необходимости, подсвечивал очередную картину и цену к ней, а посетители галереи выкрикивали свою сумму.

И дракон, и кронпринц из толпы особо не выделялись и картины не покупали, и все же мне казалось, что знакомые глаза цвета кофе с молоком постоянно следили за мной. Возможно, это были нервы, но сидела я, как на иголках.

Картины расходились быстро. Покупали их мужчины-одиночки, как потом объяснила мне Агнесса, чтобы пощекотать себе нервы и похвастаться перед знакомыми и друзьями силой воли, выдержкой и прочими качествами «настоящего джентльмена».

Когда на стене остались две последние картины, те самые деревья из проклятого леса, искривленные и жуткие, плюс дворецкий на фоне безумного замка, произошла некая заминка. Вещи с дурной репутацией желали приобрести сразу двое: герцог и маркиз. Цена все повышалась и повышалась, мои глаза потихоньку перекочевали на лоб, где и застыли в изумлении.