Наивна и очень опасна

Причем по ее тону можно было сделать вывод, что это она сама, под конвоем, притащила меня сюда, а не я по ошибке появилась на этаже. – Впускать?

И уже мне, холодно и официально:

– Проходите.

Подумаешь, фифа. Второй день на рабочем месте, а туда же, строит из себя опытную секретаршу, незаменимого помощника шефа.

Я зашла, с радостью хлопнула дверью перед ее носом и направилась к столу дяди.

– Вызывали, Антон Викторович? – игриво спросила я, плюхаясь на стул напротив кресла ректора.

– Ох, Ленка, – тяжело вздохнул он, – и когда у тебя в голове мозги появятся? Или горбатого могила исправит?

Высокий стройный шатен сорока лет, кареглазый и симпатичный, он всегда нравился женщинам, был холост и в ближайшее время жениться не планировал.

И я могла понять новенькую секретаршу, мгновенно увидевшую во мне соперницу, пытавшуюся из-под ее носа увести такого перспективного кавалера. Могла, но не хотела. Вот еще, будут всякие фифы мне указывать, что и как делать.

– Да что я сделала? – удивленно посмотрела я на дядю Тошу, как звала его с трех лет.

– Ты мне что обещала, когда сюда устраивалась? – нехорошо прищурился он. – Ты мне клялась, что забудешь все свои глупости, включишь, наконец, мозги и начнешь думать, прежде чем делать или говорить. Ты мне клялась, что никаких противозаконных действий предпринимать не будешь. Было такое?

Я недовольно передернула плечами.

– Что ты меня, как ребенка маленького, отчитываешь? В чем еще я провинилась?

Перед моим носом появилась стопка заявлений.

– Читай, – приказал дядя.

Ладно, я взяла верхнюю бумажку, нехотя опустила глаза в текст.

«Я, Кузнецова Ольга Степановна, студентка первого курса экономического факультета, очного отделения, заявляю, что Кротова Елена Михайловна вымогала у меня взятку в размере двух тысяч рублей за положительный результат по экзамену русского языка…»

– Было или нет? – внимательно глядя на меня, спросил дядя.

Я раздраженно фыркнула.

– Ну, было.

И что? От их богатеньких родичей не убудет. Смогли пропихнуть детку на платное? Значит, деньги есть. А мою ситуацию ты знаешь.

– Твоя ситуация называется глупость и жадность, – резко ответил дядя. – Тут двадцать заявлений. Вся группа написала.

Передо мной на стол легла еще одна бумажка.

– Пиши заявление по собственному желанию. Иначе по статье пойдешь. С коррупцией в нашей стране теперь борются, – язвительно проинформировал меня дядя.