Милашка Дженни хочет замуж

Сплошная выгода для тех, кто экономил время и силы.

– Опять примерять, – капризно покрутила я носом.

– Так он уже готов, нейра. Вам только надеть, – ответила Айрис, тщательно промывая мне голову после местных густых шампуней.

Ну, если готов, то я согласна. А то примерять, стоять, как пугало на поле, ждать, пока тебя покрутят в разные стороны, все мерки снимут, все запишут и отметят… В общем, то еще удовольствием.

Платье шилось для ярмарки, которая пройдет в этой местности через две-три недели. На нее должны были собраться все сливки провинциального общества.

И именно там неприхотливые невесты вроде меня искали себе женихов. Использовали свой последний шанс, чтобы потом, сразу после ярмарки, заявить об обручении, а чуть позже уже и приглашения на свадьбу рассылать.

Но, конечно же, одной ярмаркой я не удовольствуюсь. То же самое платье будет выгуливаться завтра, в гостях у троих холостяков, как я назвала про себя семейство Арцанар. Не настолько богаты графы Партис, чтобы обеспечивать свою третью дочь к каждому случаю новым платьем.

Его и на помолвку можно будет надеть. Все экономия. А уж потом, к свадьбе, что-то другое пошить, но уже совместно с родителями жениха.

О платье говорила и матушка, когда я спустилась к завтраку через полчаса.

– Ах, Дженни, эта портниха просто чудо, – восторженно заявила она. – Наши с тобой наряды будут в одном стиле. Сразу станет видно, что идут мать и дочь! Все, как ты любишь: яркая зелень, оборки по краям, пояс на талии.

Угу, Дженни, шатенка среднего роста, худощавая и голубоглазая, действительно любила яркие цвета.

И ей очень шло изумрудное платье, которое портниха начала шить пару недель назад.

– Отлично, матушка, – я похлопала глазками, изображая провинциальную дурочку. – Буду самой яркой на ярмарке!

– До ярмарки еще дожить надо, – проворчал отец. – Ты смотри завтра нас с матерью не опозорь, в гостях у Арцанаров.

Нет, а что сразу «не опозорь»-то? Может, я просто покривляться собиралась? Ну какой это позор? Так, развлечение.

– Да, батюшка, – покорно ответила я.

Судя по подозрительному взгляду отца, веры мне не было. Ну и ладно. Ну и подумаешь.

Ели молча. Уже все было оговорено, так что и упоминать нечего было. Поэтому мы просто насыщали желудки перед очередным тоскливым днем. Сладкая каша, похожая на гречневую. Только оранжевого цвета, отлично шла вместе с колбасками и сыром. А яичница прекрасно дополнялась тостами с джемом. И вроде неприхотливая пища, а сытная.