Кофейня леди Мэри

Что-то, с чем он сам справиться не в состоянии.

– Я сегодня связывался с нашим банком, – Артус не стал садиться, из-за своего роста в моем присутствии он всегда хотел выглядеть внушительно, а потому предпочитал стоять при разговоре. – Зарплату сотрудникам выплачивать надо. Знаешь, что мне сказали? Что на нашем счету непонятно откуда появились сто золотых монет.

Произнес и выжидательно уставился на меня. Мол, объясни, будь добра, что это.

Только объяснить я ничего не могла – сама не знала, что происходит.

Золото тут ценилось высоко. За один золотой можно было нанять рабочих в деревне неподалеку от столицы и построить за две-три недели дом, добротный такой, одно- или двухэтажны      й, деревянный. Десять золотых стоило жилище в купеческом квартале, не в самом лучшем месте. Мой дом, как я случайно узнала, стоил тридцать золотых. Сто… Ну, за сто, наверное, можно было бы и у аристократов домик прикупить, поближе к дворцу, в самом престижном месте. Там, где имелась вероятность по утрам и вечерам на прогулке сталкиваться с членами императорской семьи.

Я, конечно, такие большие суммы не ждала. Не от кого. Даже от моего таинственного покровителя, о котором я намекала пару раз своим партнерам. Он обычно сначала связывался со мной, и только потом происходило что-то, что было мне на руку. Поэтому сто золотых на счету кофейни заставили меня серьезно напрячься.

Глава 7

Любовь – это восхитительный обман, на который человек соглашается по доброй воле.

Александр Пушкин[12 - Русский поэт, драматург и прозаик, заложивший основы русского реалистического направления, литературный критик и теоретик литературы, историк, публицист, журналист.]

Я, конечно, могла предположить невероятное. Например, связать деньги на счету и недавнее появление здесь Аристана. Но тогда можно было просто-напросто собирать манатки и отправляться куда-нибудь на границу с троллями – такую сумму за организацию чаепития, пусть и во дворце, не платят.

– Мэри? – позвал Артус.

Я вздохнула. Тяжело вздохнула, прекрасно понимая, что выхода у меня нет. Не здесь и не сейчас. Артус же все равно узнает рано или поздно. И лучше, чтобы он узнал обо всем от меня.