Муж напрокат

Он хмыкал и поддакивал в нужных местах, проклиная про себя архитекторов, которые строят такие бесконечные лестницы.

– …а недавно она притащила в дом живую крысу! Только представь себе, Энтони, живую крысу!

Лестница наконец закончилась, и они остановились у парадного входа. Бланш повернула к Энтони свое негодующее остроносое личико.

– Крысы, гоночные автомобили… странные увлечения для столь взрослой девушки, – сказал Энтони, видя, что Бланш ждет от него ответной реплики.

– Ох, так приятно, когда тебя понимают.

Если бы Сэм Диллинг видел, как его супруга млеет от одного взгляда на Тони, то их сделка могла бы сорваться, невольно подумал Берни, наблюдая за кокетливыми ужимками Бланш.

Но глядя на Энтони, нельзя было сказать, что уловки Бланш производят на него какое-либо впечатление. Он был вежлив, как того требовали приличия, но не более. Казалось, ему абсолютно безразлично, что хорошенькая женщина рядом с ним буквально не сводит с него глаз.

Они вошли в просторный холл. Судя по его размерам, в нем можно было бы проводить балы. Огромная хрустальная люстра вполне подошла бы для лондонского театра, во всем остальном тоже чувствовался размах.

– У вас здесь можно проводить спортивные состязания, – тут же сказал Энтони.

Бланш скривилась.

– Я люблю простор, – высокомерно заявила она. Видимо, ей уже намекали на неприличные размеры ее холла. – Между прочим, Алисон сказала то же самое, когда впервые попала сюда…

Если Бланш хотела досадить Энтони, то она просчиталась. Тот и ухом не повел при упоминании имени бывшей жены.

– Это естественная реакция любого человека, – кисло заметил он, предчувствуя град намеков на тему Алисон.

– Ах, вот и она сама! – вдруг воскликнула Бланш. – Алисон, дорогая, видишь, Тони и Бернард приехали.

Энтони и Берни как по команде подняли головы. На лестнице, ведущей на второй этаж, стояла Алисон с книгой в руках. Лицо ее выражало легкое удивление, как будто она совсем не ожидала увидеть сейчас гостей, а уж тем более бывшего мужа и его приятеля.

– Доброе утро, – произнесла она низким грудным голосом и стала неторопливо спускаться вниз, давая мужчинам возможность как следует разглядеть ее и насладиться ее красотой.