Кафе на Мировом дереве

Проснулась я рано утром от непонятных звуков: протерла глаза, сначала не сообразила, куда попала и что происходит, потом вспомнила и вздрогнула.

Звуки между тем продолжались. И исходили они из коридора. Я поднялась, качаясь и зевая, дошла до двери, открыла ее. Несколько пушистых комочков, образовав один большой ком, катались по полу и яростно тузили друг друга. Кошки? Не похоже. У тех кулаков нет. Тогда что…

– Вас водой полить? – поинтересовалась я у «комочков».

Ком распался. На меня злобно посмотрели несколько пушистых существ размером с небольшую кошку.

– Я те полью, – буркнул один из них, – поливальщица нашлась. Сама ночью рыдала, а теперь поливать собралась.

– Что за шум? – в коридор из соседней комнаты, отчаянно зевая, выглянула Ларуна. – А, Лика, с нашими домовыми уже познакомилась? Мелкие, завтрака лишу, если будете егозить.

«Мелкие» угрозы устрашились и исчезли. Я подавила желание покрутить пальцем у виска.

– Собирайся давай, – обратилась ко мне Ларуна. – Позавтракаем и пойдем погуляем: покажу тебе дерево снаружи, – дверь захлопнулась. Я осталась в коридоре одна.

Собирайся. Хорошо сказать. У меня, кроме джинсов и блузки, в которых я сюда попала, никакой другой одежды не было. Я дернула плечом. Значит, пойду, в чем есть.

Завтракали мы втроем на кухне. Оладушки, сметана, фрукты, сок. Хороший плотный завтрак, по крайней мере, для меня.

– Ронтар, а вы трое кто? Какой расы? – доев все, что лежало на тарелке, уточнила я.

– Тролль, эльфийка и гоблин.

– Эльфийка? – я удивленно нахмурилась. – А эльфы разве не зеленые?

– Фиолетовые, – хмыкнул Ронтар. – В крапинку. Эй, Ларуна! Что? Что ты кулаками машешь?!

– Новенькой чуши не рассказывай, – фыркнула та и повернулась ко мне. – Я полукровка. Отец – инкуб, мать – эльфийка. У обычных эльфиек кожа нежно-салатовая. – Она поднялась. – Пошли, посмотрим дерево.

Я кивнула и встала. Да, действительно, надо идти. Не в комнате же сидеть, киснуть.

За входной дверью кафе кипела жизнь: по тротуару сновали представители различных рас, и у меня скоро зарябило в глазах от их разнообразия. Чуть дальше, на проезжей части, ехали, летали, ползли одушевленные средства передвижения. На противоположной стороне улицы, на другом тротуаре, тоже сновали туда-сюда фигурки существ.