Как выдать ведьму замуж

Мать его от страха в те дни с печки не слезала сутками, боялась вниз даже на минутку спуститься, а он всё эксперименты свои над гадами проводил, пока одна гадюка, которой его ласки надоели (нервная особь попалась), его прямо в рот не ужалила. Он потом, как его от смерти спасли и яд из организма убрали, несколько дней разговаривать не мог. Соседи его поговаривали, блаженное это время было.

Достал меня этот Пашка своими постоянными глупостями и невыполнимыми желаниями, аж сил моих больше нет! Ходит ко мне чуть не каждый день, прописался прям, работать мешает, под дверью моих покоев разве что не ночует, частенько с самого утра уже «вахту несет», и всё слёзно молит при каждой встрече:

– Матушка-ведьма, ну приворожи мне принцессу, на любую согласен, даже на самую страшную, тебе же это ничего не стоит? А я, как полцарства в наследство от царя получу, сразу тебя отблагодарю!

А едва отказ очередной услышит, беситься начинает и крестьян на бой со мной, злобной ведьмой, вызывает.

Большинство, конечно, его не слушает, у них времени свободного мало, работа на земле всегда найдется, но человек пять-десять местных бездельников и пьянчужек, своих обычных собутыльников, он всегда найдет уговорит. Вот и получается, что я – постоянная причина бунтов в столице.

Сперва, сразу после приезда в страну, я отнеслась и к Пашкиной просьбе, и к последующему за этим бунту чересчур серьёзно, стала думать, как дурака успокоить. Но Василиса с Елисеем только рассмеялись, когда узнали о данной истории, и сказали, что сами от этого идиота устали.

А как быть?

– Понимаешь, Лена, тут сделать, увы, ничего нельзя. Не можем мы его никуда выгнать, – объяснил мне тогда Елисей, правитель Роси и мой работодатель. – В своём городе люди к нему привыкли уже, на чудачества его постоянные особого внимания никто и не обращает, а если выставить мужика за ворота, предоставив самому себе, так в первой корчме вытворит какую-нибудь глупость, за что и прибить насмерть могут. Мучайся потом всю оставшуюся жизнь, что на тебе душа невинно загубленная висит.

Тем более, он, хоть и дурак, но относительно безобидный. Вот и приходится терпеть его выходки.

Крики слышались уже за воротами дворца. Обычно в таких случаях стрельцы бегут докладывать царице или царю (кто меньше занят), и Василиса с Елисеем уже одним своим появлением, как небом данные правители, заставляют буянов если не протрезветь, то хотя бы одуматься и разойтись по домам.