Укрощение строптивого некроманта

А я, чем дольше за ним наблюдала и слушала его, тем больше понимала, что это не его решение. Это идея папенькиного поехавшего рассудка. Все-таки я была права, предполагая, что с лекарствами он чудил. Мой настоящий отец никогда бы так не поступил.

Сколько себя помню, в детстве папа учил быть сильной и всегда поступать так, как велит сердце. Не стал бы он мне навязывать такого отвратительного жениха.

Утро наступило быстро и незаметно. Только я сомкнула глаза, как отец уже разбудил меня.

– Нам пора, Мари. Господин Мерзот с утра пришлет за тобой повозку.

– Чего же этот господин положил взгляд на такую, как я? – презрительно спросила у отца, пока мы спускались в лавку.

– А почему бы и нет? Ты умна и красива. Талантлива и одарена сильной магией. Ваши дети будут все в тебя. За такое сокровище можно было и больше заплатить, – угрюмо подытожил папенька.

– Папенька, ты же понимаешь, что даже брачная клятва перед ликом святых демонов, не остановит меня от ухода? А вот это, – я потрясла перед отцом браслетом на руке, – Это удел лишь преступников.

– Я думаю, дочь, тебе лучше присмотреться к нему и привыкнуть. Он не так уж и плох. Тем более ему пятьдесят семь лет и, может, ты скоро станешь богатой вдовой, – пожал плечами мужчина, лихорадочно поблескивая взглядом.

– Отличная перспектива, – горько протянула я, – Убить молодость в нежеланном браке, чтобы потом остаться с детьми мужчины, от которого тошнит.

– Хватит пустых разговоров. Ешь, давай, – отец бросил мне в руки краюху лепешки и поставил на стол чашу с отваром.

– Я могу с собой забрать свои вещи и книги? – поинтересовалась у отца.

– Их я позже соберу и отправлю в твой новый дом.

Давясь лепешкой, я снова и снова продумывала план действий. Вот только он все никак не желал вырисовываться в единую картину. В нашем мире не существует разводов.

В голову так ничего путного и не пришло. Разве только бежать в академию. Папенька подошел к двери и выглянул за шторку.

– Отец, я пойду пока к себе? Выберу, что надеть, – спросила я, прощупывая почву. Уж в каком наряде я предстану, меня волновало в последнюю очередь. Из своей каморки я могла сбежать по наружной лестнице.