Под защитой Медведя

– Да, подожди, дослушай! У неё шок, меня она к себе не подпустит, чтобы я её осмотрел. Возможно, увидев людей в халатах, она поймёт всё, и мы сможем ей помочь.

– Почему она не слышит?

– А ты меня слышишь? Девушка в шоке, и мы не знаем, что эти мрази с ней творили… Может она с рождения глухая, хотя нет, тогда читала бы по губам. Может это последствия травмы, точно узнаем при обследовании.

Валера тяжело вздохнул, провел рукой по волосам, взял бутылку кваса и налил себе. Но поднеся кружку ко рту, он замер.

– Хорошо, когда?

– Чем быстрее, тем лучше.

Валера осушил кружку с квасом и почувствовал на себе взгляд. Девушка рассматривала мужчин, одной рукой нежно поглаживая темно серую шерсть на голове мастифа, но как только Валера встретился с ней взглядом, тут же отвернулась.

– Я сам с ней поговорю.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Серый! А ты просто идеальный переговорщик с татухами по всему телу. Да тебя легко спутать с теми братками.

– Неприятно, но, может, ты и прав. Дерзай.

– Карат мне поможет.

Валера подмигнул другу и пошёл в гостиную, на ходу свистнул псу, привлекая его внимание. Карат повернул в его сторону морду, но не двинулся с места, а рука девушки замерла. Медведь присел рядом с Каратом, погладил его по туловищу, не спуская глаз с девушки, которая снова сжалась, с недоверием поглядывая на него исподлобья.

– Карат, нам надо ей оказать помощь, посотрудничаешь?

Пёс вильнул хвостом, немного повернулся и лизнул Валеру в бороду, а потом снова положил голову рядом с ногами девушки.

– Света, я спас тебя… вот же…

Валера мысленно выругался и взял в руки альбом с ручкой. Он стал быстро, по максимуму разборчиво, писать: «Меня зовут Валера. Я принёс тебя к себе в дом. Тебе нужна помощь. Мы отвезем тебя в больницу».

Девушка была сплошным комком нервов, она то сжимала, то разжимала руки, не спуская взгляда с большого бородатого мужчины напротив. Такого крупного представителя мужского пола она ещё не встречала, и пёс его был ему под стать, большой, но умный.

Девушку снедала боль при каждом вдохе, нога ныла, но больше всего убивало то, что она не слышала, о чем они говорят, да и вообще ничего вокруг.