Обретая нас

Голос Евы был твёрдым, холодным и чужим, именно, она разговаривала со мной как с чужим человеком и этот факт больно бил по нервам и в область, где стучало сердце. Видимо эта самая боль, а ещё обида и злость толкали делать необдуманные поступки – явиться к ней, подавить и заставить страдать также, как страдал сам всё это время. Я ничего не забыл и если подтвердится, что этот ребёнок мой сын, то…

Сжав до боли кулаки, закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы унять бешеное сердцебиение и отрицательные эмоции, которые так и не отпускали после утреннего визита бывшей жены.

Я дал себе три удара сердца и постучал в дверь. Прошло всего несколько минут, которые мне показались вечностью, как в номере послышались шаги, и обычная светло-коричневая дверь распахнулась.

– Глеб? – Неподдельное удивление и растерянность отразились на лице Евы, а я внутренне усмехнулся. – Что-то случилось?

– Я решил поговорить сегодня.

– Почему?

– Так и будем стоять в дверях?

– Мы договорились встретиться утром и…

– Я передумал, поговорим сейчас.

Не давая бывшей жене прийти в себя, отодвинул за плечи и уверенно зашёл в помещение, тут же отмечая крохотную комнатку с минимальным количеством мебели и односпальной кроватью. Когда-то наша ванная комната была больше, чем этот номер. И зачем я это сейчас вспомнил?

– Ты в своём репертуаре, – Ева закрыла дверь и, облокотившись на неё, скрестила руки на груди.

– Это в твоих интересах.

После работы заехал домой и уже там понял, что не смогу, не вытерплю до утра.

Переодевшись, кинул в небольшую дорожную сумку несколько вещей, пулей вылетел из дома и вот я у неё, стараюсь держать себя в руках и во все глаза рассматриваю когда-то до безумия любимую женщину.

Ева была хороша в любой одежде. Строгий стиль утром, и простая длинная футболка до колен сейчас, чёрт, мне всё нравилось… А лучше вообще без одежды! Тряхнув головой, прогнал мысли о обнажённом теле бывшей жены и, скинув лёгкую куртку на стул, сел на край кровати, сцепляя руки в замок.

– Да, это так. Что ты решил?

– Я помогу, но…

Специально сделал паузу, наблюдая за Евой, отмечая лёгкий выдох облегчения и то, как сразу напряглись её плечи, когда внёс такое необходимое для меня «но».

– Но…

– Но для начала мне надо точно знать, что этот ребёнок мой сын, – сказал, как отрезал и чуть не застонал, когда увидел в глазах Евы слёзы.

– Абрамов! Какого чёрта! Господи…если бы знала…

– Успокойся. Всего лишь один тест.