Нить жемчуга. Книга первая. Стихия – Тьма.

Не верилось, что по этому умиротворенному краю некогда прокатилась не одна война, огнем и железом выжигая глубокие, неизгладимые раны на теле земли.

Людской век короток, а память оказалась еще короче. Не сменилось и трех поколений, как ужас стерся, становясь далекой и забытой историей. Но земля долго затягивает свои шрамы. Выросли новые леса. Их зеленые кроны как могли заслонили шеренги окопов и воронки от взрывов воздушных бомб, такие глубокие, что в них до начала лета не таял снег. Под коврами из травы и прошлогодних листьев заснули остатки уничтоженных хуторов.

Кем были люди, которые жили здесь? Своими или чужими? Успели ли они спастись или остались похороненные под развалинами своих же домов?

Теперь все неважно… Победителей не судят, проигравшие не вернутся. О прежней жизни ныне брошенной земли могли напомнить лишь заросшие поляны да камни. Развороченные взрывами бетонные укрепления – неведомые серые чудища с торчащими в разные стороны, словно зубы, железными прутами, служили немым укором и напоминанием для живых.

Но опасность все еще лежала на поверхности, прямо под ногами – множество неразорвавшихся снарядов – ими был усеян весь лес. Оставаясь такими же смертельно опасными спустя многие годы, они мастерски скрылись под травой и опавшими листьями. Им предстояло лежать и ждать своего часа, чтобы после стольких лет свершить в конечном итоге свое смертельное предназначение.

Отец – бывалый лесник и опытный охотник, бходя просеку по свежему снегу, свернул со своего обычного маршрута, и таившаяся десятилетиями железная смерть дождалась своего часа.

Местные говорили, будто взрыв был такой силы, что поломал несколько вековых лиственниц на опушке старого леса, а грохот от него разнесся на десятки километров.

Мгновенно постаревшая от горя мать строго-настрого запретила Веронике и двум ее младшим сестрам выходить за границы поселка. Вскоре после того как страшная новость распространилась по округе, сезонный поток грибников и охотников постепенно иссяк.

Лес одичал. Но годы шли, притупляя страх, а упрямое сосущее чувство все возрастало.

Вероника впервые отправилась в лес, чтобы спустя столько лет увидеть все своими глазами и положить цветы на могилу отца. Не ту, к которой они ходили. На маленьком поселковом кладбище стоял памятник – черная плита с фотографией, справленная на последние деньги и при участии неравнодушных знакомых и соседей. В поселке ее небогатую, но дружную семью любили.