Цвет крыльев. Черный

– Ты что, не знаешь, что такое пижамная вечеринка?

– Откуда мне знать, если я на ней ни разу не был? Ты что, забыла, как я был одинок и несчастен? Могу только предположить из названия, что вы все оденетесь в пижамы и будете веселиться. Без меня.

Анжела закатила глаза.

– Это означает, что я останусь ночевать у Кайлы, и домой попаду только завтра, после школы.

– Адрес, тем не менее, мне нужен.

– Зачем это еще?

– Понимаешь, ты мне столь дорога, крошка Беллз, что я не смогу оставить тебя без присмотра даже на такое короткое время, как одна ночь.

– Хорошо, уговорил. Записывай, – тяжело вздохнув, Анжела продиктовала ему адрес.

– Вот и отлично, – падший довольно улыбнулся.

– Надеюсь, я тебя хотя бы не увижу? Ты же не станешь торчать прямо напротив окон, как вчера?

– О, не переживай, крошка Беллз. Прямо напротив, это вряд ли. Я просто расправлю свои чудесные, красивые крылья, и статуей горгульи буду сидеть на крыше соседнего дома, далеко от окон, – тон Люцифера был веселым, но не похоже было, чтобы он шутил.

– Смотри, чтобы тебя никто не видел, горгулья престарелая.

– Смею тебя заверить, что мои накопленные за эти годы знания, не ограничиваются лишь одной способностью незаметно проникать в машины к хорошеньким рыженьким школьницам.

– Ну да, конечно. К ним так же относится способность следить за этими школьницами. Знаешь, мне следовало бы сдать тебя в полицию за незаконное проникновение в частную собственность.

– Мы что едем в больницу, – Люцифер резко сменил тему, удивленно изогнув одну бровь.

– Да.

– О, ты что, решила поискать Самаэля рядом с умирающими? Спешу тебя огорчить, но он нынче не по этой части.

– Я вообще-то волонтер, – Анжела ловко припарковала машину на стоянке возле больницы.

Свою смену она не собиралась пропускать даже из-за Апокалипсиса.

– Ах да, прости, как же я мог забыть? Ты ведь у нас сама доброта. Помогаешь больным, немощным и вообще…

– Будто ты когда-то про это знал.

– Ну, я видел тебя здесь пару раз. До встречи после смены, – он махнул рукой, и широко улыбнувшись, скрылся из виду.

В больнице, как обычно, у Анжелы не было никакого времени думать ни про Люцифера, ни про Апокалипсис, ни про предстоящую встречу с Самаэлем.

Шприцы и постоянные вызовы больных не позволяли этого, не оставляя ни одной свободной минуты.

И Анжела была рада этому.