Первоклашки

Девчонки рванули за ней. Бабуля схватила полотенце, открыла духовку, а мороженая курица как лежала на противне, так и лежит, отдыхает в небольшой подтаявшей лужице.

– Тьфу, чёрт, забыла духовку включить! Сейчас исправим! – полезла бабушка в печку. – Во! Все в порядке! Самое главное чесночку побольше! Я ей жару задала, градусов так за двести! Знаете, девочки, если эту курочку потом разрезать, то из неё вырвется такой благоухающий запах мяса и… улетит в небо!

– А что дальше? – потребовала подробностей Элька, и подошла поближе к рассказчице.

– А дальше, – таинственным голосом произнесла Нюшина бабушка, – будем есть курицу по моему знаменитому рецепту! М-м-м! Пальчики оближешь!

– Нет, что там с убивцами? – теребила её за подол Элька.

Компания вернулась в комнату. Девочки с ногами забрались на диван. Бабуля вставила сигарету в мундштук, прикурила её, взгромоздилась на жиденькую табуретку, усердно пуская дым в форточку, и спокойно сказала:

– А-а-а! Ну, так их всех повязали! А меня представили к ордену! На днях вызовут в Москву.

– Владимиру Владимировичу? – уточнила Настя и решила обязательно записать всё это в свою умную книжицу.

– К Путину? Обалде-е-еть! – засомневалась Нюша и помотала головой.

– Ну да. Для вручения!

– А как вас по-настоящему зовут? – вошла в роль журналиста Настя.

– Меня зовут Аврора Власьевна! А-а-а! Не выговорить? Что это за имечко такое, спросите вы? О-о-о! Это целая легенда! Аврора – это богиня утренней зари! Приносящая дневной свет богам и людям.

– Боги-и-и-ня… – с восхищением сложила руки на груди Эльвира.

– И вот я мчусь на колеснице, – глаголила бабушка, пуская струйками дым от сигареты в форточку, – мчусь я, мчусь, а ветер мне в лицо…

На этих словах бабуля резво спрыгнула с табурета и поправила пожелтевшую пачку.

– Настенька, ты случайно не умеешь играть на скрипке? – спросила вдруг бабуля.

– Не знаю.

Бабуля помахала рукой и начала танцевать, как балерина. Легко и мимолетно она опрокинула вазочку, затем табуреточку и закружилась по комнате.

– Пурпурный плащ развевается за моей спиной! – с пафосом декламировала она. – Я лечу на колеснице, запряженной крылатыми или не крылатыми конями, не помню. В красно-желтом одеянии. В одной руке с солнечным диском, поднимая его над головой, и с факелом в другой руке.