Любовь в преисподней

Если сейчас кто-нибудь скажет, что у него началась изжога, то через десять секунд я почувствую те же симптомы!

– Неужели так бывает?! – изумился Васька Богданов.

– У женщин – сплошь и рядом! – бросила Вера.

С бокалом, полным виски, Петя Шуйко подошел к Лизе и поцеловал ее в скулу.

– Давай-ка выпьем, общественный обвинитель!.. Клянусь, что я не задавил в своей водительской жизни ни единого пешехода. Если бы Леся действительно оказалась почти под колесами моей лайбы, я бы сумел вырулить в последний момент.

Веришь? Подними бокал!

Лиза исполнила приказ. Правда, для этого ей пришлось преодолеть себя. «А что если возьму и плесну в твою толстую рожу кампари с орэнжем?!» Она пристально посмотрела в светлые туманные глаза Шуйко. Он воспринял это как взгляд друга.

На самом деле Лиза решила: «Клянусь. Если останусь в живых, то расследую эту странную историю. Уж теперь меня остановит лишь безвременная кончина».

Глава 11

И только одна Натали почувствовала, чем может завершиться этот «турнир взглядов».

Она прибегла к банальной, но действенной уловке.

– Кажется, осетровый бок отнял у моей пиццы шансы на успех!

В ответ началось стихийное бедствие. На голову Натали обрушилась лавина комплиментов. «Бабуля умеет спровоцировать триумф», – усмехнулась Лиза, и в этот момент Эдик Соболевский неожиданно спросил:

– Слушайте, а где наш праведник? Любимец всех родителей скромный очкарик Елагин?

– Это вопрос к его кузине, – подсказала Вера.

– Ну что ж, придется повторить для всех, – улыбнулась Марина и вкратце поведала о том, что в их семье, как и во всех «приличных московских семьях», происходит постоянный «разбор полетов».

Мамин брат поссорился с ней, а Данил – на стороне богатого дядюшки. И они оба обретаются где-то в Европе.

– Скромно и со вкусом, – одобрил Эдик. – Данил Елагин – последний, на кого я мог бы подумать, что он будет шастать по Европе.

«Это точно», – согласилась Лиза. Она вспомнила эту «ходячую раскладушку». Данил Елагин. Длинный, неуклюжий.

Видимо, отсюда шли его комплексы. Он был типичным образчиком интроверта. Человека, который «весь в себе». Данила не коснулись даже их первые влюбленности.

– Я не представляю, каков он теперь, – сказала Вера. – Наверное, прежний.

– А вот и нет! – Глаза Натали игриво сверкнули. – Я уполномочена возразить.

Лиза чуть не подавилась веточкой укропа.

– Это кто ж тебя уполномочил?!

– Сам Данил.

– Не может быть! – удивленно сказала Марина.