Сказки пьяных кварталов. Хроники Эллидии

Если кто-то из знатных особ увидит меня в стенах ателье, возникнет множество щекотливых вопросов. Не ко мне – но к Михону. А зазря лишаться столь важного подельника было бы не очень умно.

Охраны у мастерской имелось в избытке. Только у чёрного входа стояли двое. Чего уж говорить о десятке парней, без устали дежуривших внутри. Будто драгоценным тряпкам кто-то может приделать ноги. Хотя – чего греха таить? – я бы мог. Да и вообще райончик здесь неспокойный…

И вот, лишь миновав три досмотра на предмет наличия огнестрела или чего ещё запрещённого, мне наконец довелось попасть в кабинет виновника торжества.

– Ты же знаешь, оружие у меня не в чести, – недовольно буркнул я, прикрыв за собой дверь.

– Безопасность, мой друг. Безопасность, – Михон наставительно показал указательный палец, а после откинулся на спинку, – Ты припозднился. Надеюсь, принёс?

– Вот, – я положил перед ним заветную шкатулку и, рухнув в свободное кресло, водрузил ноги на стол.

– Прекрасно! – воскликнул он, принимая в руки артефакт, – Я в тебе нисколько не сомневался!

– Ещё бы! – довольная ухмылка – куда уж без неё? – Оговорённая цена – двести тысяч септинов. Это уже за вычетом твоей доли. Деньги сразу.

– Конечно, мой друг, конечно. Но минуту ожидания. Я ведь должен убедиться в подлинности предмета.

Он ловко нацепил на глаз широкий окуляр. А затем поднёс к шкатулке ещё один.

– О, ты ещё и в ювелиры заделался? – приметил я.

– Хороший человек должен быть хорош во всём, – бросил Михон, не отрываясь от своего занятия.

– И много времени это займёт?

– Столько, сколько потребуется.

Я недовольно вздохнул. Впрочем, сердиться мне было не на что.

В нашей многолетней дружбе с хозяином ателье бывало всякое. А в порыве злости я даже мог бы описать его как жирного лысого хряка, что ввиду недостатка зубов плюётся при каждом слове – ведь это моя история, а значит, мне решать, – но то была бы чистая ложь.

На самом деле Михон был приятным худощавым стариканом с аккуратной острой бородкой и ростом на голову ниже меня. А что касательно наших отношений… мы знали друг друга, действительно, очень давно. И он был мне не просто подельником. В некотором роде он был мне почти как отец.