Спицы в колесе сансары

Многочисленные ступы, изваяния Будд и бодхисатв – все было сделано из чистого золота и отделано драгоценными камнями. Перед статуей Будды стояли огромные чаши с цветами, от них исходил изумительный аромат.

– Останьтесь здесь, на этом самом месте, – приказал монах. – Я приведу святейшего господина.

Монах ушел, и на некоторое время наши герои оказались предоставленными сами себе. Они осматривались и восхищались увиденным.

– Доченька, – сказал Валерий, – такое увидеть – и умереть не страшно.

– Папа, не надо.

И тут пришел святейший господин. Его ступни не касались пола, глаза сияли, как рубины, а на одежде была выткана мандала. Святейший господин остановился в трех шагах от них.

– Подойди ко мне, о благороднорожденный, – сказал он Друкчену.

Тот опустился на колени и на коленях подполз к великому существу.

– Ничтожный склоняется пред тобой, – прошептал Друкчен, простираясь ниц.

– Встань, благороднорожденный, – сказал святейший господин. – Во имя Отца-Матери Будды Амитабы скажи: кто эти люди, что с тобой? Их карма странна.

– Святейший господин, это русские. Они приехали на Кайлас, чтобы совершить великую кору. Но вмешалась болезнь. Старший русский очень болен, святейший господин. Похоже, у него гнилостная водянка. Его дочь пребывает в страхе и растерянности. От имени русского я прошу: исцели его!

– Постой, благороднорожденный, не спеши. Скажи мне: кто дал вам знак ехать именно сюда, в храм Дзунг?

– Я не знаю ее имени, святейший господин.

– Ни одна дорога не проходит впусте, – сказал архат. – Подведи ко мне больного.

Друкчен взял за руку Валерия и подвел к архату.

– Вот он, святейший господин.

– Ничего не бойся и не ужасайся, – сказал архат. – Я забираю твою душу, тело же твое поместят в одну из священных ступ.

Русский ничего не понял, а Друкчен побледнел от близкого дыхания смерти.

– Твоя дочь совершит за тебя великую кору, чтобы ты смог достичь света Самадхи. А теперь удались от живых.

Архат коснулся лба русского в области третьего глаза, и Друкчен своими глазами увидел, как душа Валерия покидает тело. Душа устремилась ввысь, к потолку храма, тело же безвольно рухнуло на пол.

– Папочка! – пронзительно взвизгнула Ангелина.