От ведьмы слышу!

 – Парнишка хотел было улыбнуться, но раздумал. Видимо, вспомнил, что его улыбка не произведет на девушку должного эффекта. – Но я… наслышан.

Марью все осеняло и осеняло:

– Я поняла! Ты следил за мной на дискотеке! Тебя мать наняла в качестве моего охранника, да?!

– Ничего подобного.

– Врешь.

– Вампиры никогда не лгут, – с достоинством, не подходящим столь тщедушному телу и субтильной внешности, ответствовал вампир. – И никогда не становятся телохранителями. Это не в наших традициях…

– Ну конечно! – Машку понесло.

Сказывался шок от пережитых событий. – В ваших традициях пить кровь, убивать людей и спать в гробах! И у вас изо рта всегда воняет! Когда к маме в гости приходили вампиры, меня просто тошнило от этой вони!

Мальчик смутился.

– Разве от меня… пахнет?

Марья была девицей вредной, но объективной. Поэтому она несколько раз втянула носом воздух вокруг своего спутника и вынуждена была признать, что ничем, кроме мятных лепешек, от вампира не пахнет.

– Ужасно люблю все мятное, – признался вампир.

 – Вот, кстати, «Крещендо». Хотите?

Марья не отказалась. Мятная прохлада успокоила ее и прояснила мозги. И она почувствовала, что ей уже не так страшно общаться с этим вампиром. Даже, наоборот, интересно. Недаром же говорится, что свежее дыхание облегчает понимание.

– И как ты стал вампиром? – поинтересовалась ведьмина дочка. Как-никак, а любопытство – доминирующая черта женского характера. И потом… Когда еще выдастся такое романтическое приключение: полночная Москва, пустые улицы, шелест отцветающей черемухи, а рядом идет настоящий вампир, спасший твою честь от гнусных насильников… Правда, вспомнив об участи, постигшей насильников, Маша снова вздрогнула.

– …Стал вампиром, – повторил юноша окончание Машиной фразы. – Обычно. Меня посвятил отец, он тоже вампир.

– А мать?

– Мама умерла, когда рожала меня. Она была обычным человеком. Они с отцом очень любили друг друга… Отец очень страдал оттого, что не успел инициировать маму, пока она была жива.

Поэтому, когда мне исполнилось шестнадцать, он сделал вампиром меня. Чтобы я всегда был с ним в его бессмертии.

– А тебе давно исполнилось шестнадцать? – Машка решила подсчитать, на сколько месяцев старше ее этот новый знакомый. Но ответ поверг девочку в благоговейный ужас.

– Сто восемьдесят четыре года назад, – ответил круглолицый веснушчатый парнишка, и глаза его на миг блеснули неживым светом.

– Ужас какой, – прошептала Маша.