Сатана. Пламенная Душа. Т.2

И наконец выдал:

– Вообще трупов сегодня два.

– Это как? Кто…

– Но это с учётом той непонятной зверюги, которую почему-то тоже доставили ко мне.

Теперь он и вовсе расплылся в улыбке. Ввести Найзару в ступор – это ли не диво?

– Но вы-то наверняка по поводу девахи той пришли, – кивнул Лэнз в сторону одного из столиков.

– Нет, почему же. Бестия мне тоже интересна. Тем более, что это я убила её.

– Что ж, спасибо тебе в таком случае, – он демонстративно постучал пальцем по журналу, – Для тебя это – всего лишь расчехлить клинок, а мне писанины на несколько листов.

– Прости, но это нужно! – Найзара натянула на лицо выражение полнейшей наивности. Почему-то именно в отношении Лэнза она никогда не демонстрировала всю прелесть своего характера. Да и не спорила с ним почти. Может, тоже опасалась когда-нибудь угодить к нему на стол?

Хотя и сам здоровяк всегда относился к девушке очень по-отечески, почти как старший брат.

Джета Лэнз тоже принимал за своего. Шутил, охотно общался. Вот только его оценивающий взгляд временами очень настораживал. Будто бы он заранее примечал те места, куда ему в последствии придётся вонзить свой скальпель… Брр…

– Так, ладно, – вздохнул коронер, громко захлопнув журнал, – Начнём с девахи, а уже потом перейдём к бестии и посмотрим, насколько "это нужно".

Он встал из-за письменного стола и прошёл к обозначенному лежаку, лёгким щелчком запалив лампу, что свисала прямо над прикрытым простынёй телом. Будто бы здесь и так света недостаточно! Так ведь никаких глаз не хватит. И как он в такой обстановке до сих пор не ослеп?

– Ну что ж, посмотрим… Маргарита Биер, сотрудница научного центра, тридцать два года…

– Подожди, – подняла ладонь Найзара, – Всё это и так понятно.

– А какую суть ты хочешь услышать? То, что её прирезали? Так это яснее ясного…

– Есть какие-то зацепки?

– Зацепки ей подавай, – с напускным недовольством проворчал Лэнз, пролистывая "историю" девушки, – Что ж, давай посмотрим. Четыре точных удара в сердце. Орудие преступления найдено неподалёку – небольшой ритуальный нож со слегка изогнутым лезвием.