Любовь – это розы и хлыст

Комбатанте шел прямо на меня, чуть пригнувшись, мерзко улыбаясь, растопырив руки, словно мы собрались играть в салки. Я отступала от него, мне была омерзительна даже мысль о том, что его тонкие, похожие на дождевых червей, пальцы коснутся меня, моей одежды.

– Не подходите ко мне! – завизжала я, а когда он все-таки приблизился, чтоб меня ухватить, извернулась и сумела лягнуть его прямо в пах. Он скорчился и отскочил.

– Зачем вы так, доминика Норма, – мягко встала с кресла грациозная тварь, контесса.

 – Мы все хотим вам добра…

Меня трясло, во рту пересохло, сердце бухало где-то у горла. За контессой потянулись остальные участники этого ужаса. Они наступали на меня и загнали в угол комнаты. Кавальери схватил меня за запястья и во мгновение ока связал их чем-то, похожим на гибкую серебристую змейку. Я визжала, лягалась, умоляла, плакала, ругалась, но все было тщетно. Вислоусый подобрался ко мне со спины, обхватил за талию и повалил на пол. Контесса накрепко стянула веревками мои колени и лодыжки.

Я корчилась на полу, а они, победив, с каким-то извращенным наслаждением смотрели на меня.

– Помогите… – прошептала я неизвестно кому.

И никто не услышал.

– Действительно, испорченная девочка, – раздумчиво сказала контесса, роясь в борсетте. – Нам придется над ней много работать, господа.

Из сумки она извлекла алый шелковый платок и небольшой флакончик в золотой оправе. Осторожно открыв его, она капнула прозрачной жидкостью на платок, держа его подальше от собственного лица.

Вислоусый наклонился ко мне и двумя руками стиснул мою голову, так, что я не могла ее повернуть.

– Пока отдохни, дитя, – усмехнулась контесса и накрыла мое лицо платком.

Я не могла долго задерживать дыхание. Я сделала вдох. Тошнотворно-сладкий, душный вкус заполнил рот и нос. Я закашлялась, но снова пришлось вдохнуть. Потом еще.

И я умерла.

Глава шестая

Как хорошо, что я умерла! Просто здорово! Вокруг тишина, свет и покой.

Никто не кричит, не трогает, не мучит. Наверное, я оказалась на просторах той вечности, где почивает Великий Спящий. Вот и ладно.

Я стояла по пояс в траве. Негромко пели цикады, пахло фиалками и лилиями. Я посмотрела вверх – небо было прозрачно и безоблачно. И кажется, оно улыбалось мне.

Мне хотелось стоять и стоять, чуть покачиваясь, подобно травинке, напоенной нектаром. Но наверное, это неправильно.