В оковах Тьмы

– Что ты предпочитаешь на завтрак?

Вики на миг обернулась и снова уткнулась в подушку, словно таким образом получится избавиться от меня. Опять воцарилось гнетущее молчание, так раздражавшее предыдущие три дня в карете.

– Повернись ко мне, – сказал я тоном, не терпящим возражения.

Хрупкие плечи напряглись. Под одеялом зашевелились ее руки, явно сжимающиеся в кулаки. Но все же девушка выполнила указание, а лучше бы воспротивилась.

– Смотри в глаза и отвечай на поставленный вопрос.

– Мятный пирог, – прошептала Вики.

Внутри каждый раз начинала бушевать магия, стоило встретиться с Искоркой взглядом. Меня неистово тянуло податься вперед, выпустить энергию Тьмы, чтобы та окутала нас, отделяя от внешнего мира. В супруге ее столько же, сколько во мне, если не больше, ведь цвет ее глаз был темнее моих.

– Никогда не смотри вниз и не опускай голову. Это новое правило.

Пухлые губы сжались в тонкую линию. Вики кивнула.

– Их будет много? Твоих правил?

Пока сама не начнешь устанавливать!

– Да.

Не ту эмоцию я хотел увидеть. Вики смотрела на меня как на чудовище, которое при неповиновении сотрет ее в пыль. Мое тело наполнилось неудержимой мощью, подпитываемой яростью от одного только вида этих запуганных глаз. Все же нужно дать магии выход.

– Как ты ко мне относишься?

Вики отстранилась, даже собралась подняться с кровати, словно убегая от ответа, но я взял ее за запястья и не позволил уйти.

– Давай, малютка Дарквуд, нам нужно выяснить все здесь и сейчас, прямо в нашей постели.

Ее передернуло от слова «нашей».

– Ненависть? – я придал голосу насмешку. – Может, еще считаешь меня своим врагом?

– Чего ты добиваешься?

– Хочу дать тебе совет, – зашептал я и подался вперед, останавливаясь у ее манящих губ. – Трусливых овец съедают на завтрак не только волки, но и люди.

– Тебе не надоело сравнивать меня с животными? – столь же тихо проговорила супруга, и горячее дыхание коснулось моей кожи.

– Если не нравится, то сделай так, чтобы не посмел больше тебя оскорбить.

– Это не оскорбительно. Всего лишь сравнение.

– И ты его не оспариваешь?

Вики, неужели ничего не чувствуешь?

Раньше ее тело дрожало под моими руками, теперь же оно превратилось в камень, непробиваемый и твердый, лишенный возможности что-либо ощущать.

– Поцелуй меня, как целовала Ларса в Риналсе.

Супруга вздохнула, подалась вперед и просто прижалась губами к моим. Не появилось ни желания, ни страсти, ни былого огня.