Иероглиф «Любовь»

А следование традициям – основа литературного творчества. Во всяком случае, у нас, в Яшмовой…]

Глава пятая

Перестук колес

Гремят колеса, подымая пыль.

К закату всё стремится от восхода.

Любовной страсти угасает пыл,

И солнце всё тусклее год от года.

Ветшают величавые дворцы,

И новые им строятся на смену…

Смиренные, равно и гордецы —

Все предались гниению и тлену.

У времени не выпросишь: «Постой!»,

Его возок гремит не уставая…

И жизнь тебе покажется пустой,

Коль жил ты, ликом к небу не вставая.

Струится прах на северном ветру,

Гремят колеса, цокают копыта…

Под этот перестук уходит друг,

Когда-то незаслуженно забытый.

… Словно повозка по горной тропе, катились год за годом. Будто стрижи в небе, мелькали дни и месяцы. Слышался только свист крыльев да перестук колес – такими звуками напоминает о себе быстро бегущее время.

Прошло двенадцать лет с той ночи, когда император Жоа-дин пообещал прекрасной Нэнхун выстроить для нее дворец, равных которому нет на земле.

Дворец действительно был выстроен и назван Дворцом Побеждающей Нежности. В нем и жила теперь Нэнхун, ставшая самым драгоценным сокровищем императора. Она носила титул единственной особо драгоценной наложницы, в услужении у нее были сотни слуг, пожелай она – ей принесли бы снега с Дальних гор или гнездо с птенцами священного феникса. Но Нэнхун, вознесясь высоко, осталась прежней: ее скромность, милосердие и целомудрие не осквернились прикосновением к роскоши и вседозволенности. И за это император еще больше любил ее.

Юй по прозвищу Расторопные Туфельки по-прежнему оставалась не только служанкой, но и наперсницей госпожи Нэнхун. Служанкам такого высокого ранга позволяется выйти замуж за какого-нибудь дворцового челядинца, но Юй отказывалась от замужества, предпочитая всю свою жизнь отдавать служению госпоже. Впрочем, у курносой Юй (к слову сказать, за прошедшие годы она выросла в настоящую красавицу) могли быть и другие причины отказываться от брака со смертным человеком.

Любовь к Нэнхун сделала сердце императора сильным и мудрым. Жоа-дин правил как истинный Просветленный: он не вмешивался в процветание своей страны, и потому страна процветала. Он не помогал всходам расти[13 - Одна из притч Яшмовой Империи повествует о глупом крестьянине, который, желая, чтобы всходы на его поле поскорее росли, принялся их вытягивать из земли. На это дело он убил целый день, пришел домой и сказал: «Ох, умаялся я! Весь день помогал всходам расти».