Перевал Альтара

Раньше Варвара с родителями и с младшим братом жила в коммуналке, в маленькой комнатке на четверых в каком-то захолустном поселке. Дом был старой постройки, под снос, но его почему-то из года в год, от комиссии до комиссии, признавали пригодным для жизни и в упор не видели всех проблем: обвалившейся штукатурки, трещины поперек стены и многочисленных крыс, считавших хрущевку своей территорией. Варька боялась ходить по квартире: если комната была безопасна, то снаружи, за прочной дверью, царствовали хвостатые монстры, наводя порядок на кухне и шебаршась под ванной.

Поэтому Варька всерьез считала, что настоящая сказка-страшилка – не про Черную Простыню или Красную Руку, над такими она смеялась, а вот та, где Щелкунчик сражается с крысами, доводила ее до истерики.

Однажды родители ушли на работу, а Варюха и братик остались в комнате, в их надежном уютном убежище, где сроду не было крыс. Варька включила радио с веселым детским спектаклем и, увлекшись, не обратила внимания, что где-то шуршит и пищит, и скребет, и утробно повизгивает.

И лишь когда в своем уголочке заорал ее маленький братик, которому только исполнился год, в голос, надрывно, до одурения, она подбежала к кроватке, а там была кровь, столько крови, что Варя потеряла сознание, но успела заметить, как серый комок юркнул в дыру под комодом.

Когда через час вернулись родители, Варька в шоковом отупении сидела у детской кроватки и шептала, что брата загрызла крыса, – ее прекрасного братика, похожего на ангелочка с открытки, на куклу, с которой можно играть.

И наутро слегла в горячке.

Варвара все это смогла рассказать лишь в Альтаре, в Медвежьей Пещере, где она упоенно рубила крыс. На фига? – спросили ее Мародеры: с этих мобов лут падал копеечный. И Сова, подумав, ответила.

Ника пыталась представить, как Варвара стучит по клавиатуре и при этом в голос ревет, одна в своей комнате, вспоминая тот давний ужас.

С братиком все обошлось. Ника его встречала, он вырос слегка заторможенным, но тоже играл в Альтар, никнейм «Девятипалый»: крыса его не убила, но отгрызла младенцу кусок мизинца, он потерял много крови и лечился от заражения.

После этой трагедии семейству Смирновых дали квартиру в городе, а еще через год Варькин папа получил приглашение в Старогорск.

– Варька, ты что, ну какие крысы? Здесь, у меня? Ты сдурела совсем? – утешала ее Вероника. – Это я не про живую! – вдруг решилась она, придумав, как увести подругу от кровавых пеленок в кроватке и от чувства вины перед братиком.