Перевал Альтара

Тень заклубилась и чем-то щелкнула, и вернувшийся свет ослепил, и запищал в кабинете компьютер, динькнул холодильник на кухне. Ника отскочила к стене, невольно копируя Хилари с ее ведьмовскими понтами, а когда, наконец, проморгалась и смогла разглядеть пришельца, снова взвизгнула и расплакалась.

В коридоре стоял отец. Злобный, белый, как простыня, с перекошенным от ярости ртом. Наверное, нужно было бежать, он готов был ее ударить – за то, что вломилась в его кабинет, за то, что включила компьютер, нашла его личный виртак и вскрыла аккаунт в Альтаре, – но все-таки это был папа, живой, настоящий папа, и доведенная до истерики Ника прижалась к нему, как к защитнику.

Локация: Старогорск, квартира Погодиных. Смена игрового персонажа.

Калмыков ходил по крохотной кухне, почти не слушая Лиду Погодину. Он реагировал не на слова, а на интонации, на особенный тембр мягкого голоса Лиды, от которого становилось теплее.

И все-таки, почему его дочь настолько с ним не считалась? С его просьбами и запретами, с важностью его разработок? Почему она так рисковала?

– В прошлый раз Вероника отформатировала диск и в буквальном смысле убила год коллективной работы.

– Почему бы тебе не усилить защиту, если твой агрегат бесценен? – с усмешкой спросила Лида, наблюдая его метания. Она знала, что он не слышит, уже успела привыкнуть, иногда ей казалось, что она просто функция, голосовой помощник 3D, безупречно снимающий стресс.

Калмыков развел руками, остановившись, как к полу прибитый:

– Этого я и сам не пойму. Защита стоит бетонная. И не только программная, Лида. Биологическая, генная! Там столько параметров допуска, что ты бы вообще не заметила на рабочем столе двери в Альтар! И виртак подключить не смогла бы!

– Твоя дочь – твоя копия, милый. Ты ведь сам не раз говорил…

– Да, мы похожи.

– Как всегда, – пользуясь тем, что он замер, Лида встала и щелкнула чайником. – Милый, просчет лишь один: ты не понимаешь людей. Мы слишком сложные соединения и не поддаемся твоей оцифровке. Кстати, зачем ты вырубил пробки?

– Я ведь не знал, куда она влезла. Потому и прервал все процессы. Знаешь, на лице Вероники был страх, и я тоже за нее испугался.

– За дочь? – удивилась Погодина.