Ночная няня и кошачья магия

Двенадцать жителей Альхенгофа, старые и молодые, больные, здоровые, всевозможных профессий, живущие в разных районах. Никакой логической связи.

И вот: у Соны под боком жертва магического преступления, а она эту жертву спать уложила! Тринадцатого постояльца!

Хорошо хоть дар у неё небольшой, а то дознаватели учуют магию и, чего доброго, арестуют. Как потом объясняться с мамой?

Соне припомнился дедушка Алек: вот он склонился над внучкой и тихо поёт колыбельную. Настоящее волшебство музыки, а не те ошмётки, что ей достались.

– Соната, – пел знаменитый дедушка. – В твоём голосе собрана магия всей замечательной семьи Ландер. Когда запоёшь, покоришь весь мир! Твоя гортань – инструмент, созданный творить чудеса!

Милый дедушка. Ты позабыл, что любой инструмент можно сломать. Где-то теперь дирижируешь?

Потемневшие глаза, краткий взмах руки…

За спиной послышался шорох.

– Сона! – позвала сестра Маргарита. – Как у тебя дела?

– Всё спокойно, – от души потянулась Сона.

– Старичку одному не спится.

Маргарита протянула больничный халат. И белую косынку с крестом на лбу. Сона снова переоделась, на этот раз в сестру милосердия.

– Идём, ему очень плохо, а он бредит и хочет кого-то искать!

В палате три пациента, двое спали, как положено, выпив лекарство, а старичок в полосатой пижаме стоял у окна и смотрел на луну.

– Вот недавно у него день рождения был! – сказал старичок неизвестно кому, открывая оконную створку. – Я ему лучшей еды купил, самой дорогой, что была в магазине.

Старичок повернулся к Соне, строго посмотрел на неё и спросил:

– Чувствуешь, какое страшное слово? Навсегда. Как приговор!

Сона торопливо кивнула и сделала шаг к пациенту.

Он махнул на неё рукой и вновь отвернулся к окну:

– Не желаю быть приговорённым. Из меня будто всю радость забрали. Воздух выдавили из лёгких. Всё болит, и ноет, и плакать хочется. Я должен его найти!

– Генрих Карлович! – закричала сестра Маргарита, когда старичок, кряхтя и пыхтя, решительно полез на подоконник.

И Сона узнала в нём архивариуса, хранителя истории Альхенгофа.

– Кого найти, господин хранитель? – спросила она старичка. – Я помогу, честное слово! Вы только скажите, каким он был?

– Самым красивым, – вздохнул Генрих Карлович, растеряв силы в борьбе с подоконником. Сестра Маргарита подхватила его и повела обратно в кровать. – Самым добрым и ласковым, вот каким.