Ночная няня и кошачья магия

Просто жил в каком-то обособленном мире, где снимал нелепые ролики и был от них в полном восторге. Бесталанный парень без комплексов. Хотя нет, один талант всё же был: Киря мастерски умел влипать в неприятности.

– Мне поручено снять выступление хора. Что у вас готовится к празднику?

Соната невольно скривилась.

К выпускному концерту ставили оперу по мотивам местных легенд. «Чаровница Лелея» в переработке под детские голоса. Королевские магики осадили замок, в котором спрятались колдуны, а девушка Лелея влюбилась в юношу, адепта магии зла, и уговорила прекрасного Эльра открыть ворота для слуг короля.

– Ого, какие страсти у вас, – обрадовался Кирилл. – Обязательно приду на репетицию, надо же прикинуть, откуда снимать!

Соната лишь отмахнулась.

Ей досталась молчаливая партия дерева, хранителя записок влюблённых. «Дупло!» – упражнялись хористы в оригинальности и остроумии, но Сона рада была стать деревом: сучковатым, в паутине, с воронами в кроне.

С тех пор, как утратила магию голоса, Соната знала, где её место: последний ряд с краю, массовка. Можно даже не петь, просто рот открывать. И никаких сольных партий!

– Ерунда! – Киря двигал велосипед, отталкиваясь от земли ногами. – Я напишу для тебя сценарий, будет крутая штука. Соната, ты станешь звездой!

– Баламут! – нахмурилась Сона.

– Нее, – заторопился Кирилл, – это будет реальный шедевр. Чем прикольно немое кино? Там не нужно петь, подруга детства, а мимика у тебя крутая.

Сона хмыкнула и не ответила. Заняться ей больше нечем!

И чего этот Киря к ней привязался? Думает по доброте душевной, что оказывает Соне поддержку? Мол, она изгой и страшилище с психологической травмой, а он – её рыцарь на белом коне? Нет, на ржавом велосипеде, надо же так запустить аппарат!

Спокойнее, Сона, не злись. Киря – единственный одноклассник, готовый с тобой разговаривать.

«Я не выспалась, вот и кусаюсь. А ещё этот лицей!»

Элитный лицей «Акколада» размещался в настоящем дворце. Он находился в старинной усадьбе, к которой примкнул «Скрипичный ключ». Граф Машальский, прежний владелец, был известным покровителем оперы, меломаном и собирателем древностей. Он умер полвека назад, а свой дом завещал Академии Высоких Королевских Искусств, дабы растили в уютных стенах новые таланты и дарования.