Плюш и Ко: не опуская рук

Первой пришла Наташа, она пребывала в бодром расположении духа, весело прошла за Полин на кухню и сразу же принялась делиться последними школьными сплетнями. Они успели опустошить первый графинчик клюквенного морса прежде чем в дверь постучались следующие гости – Это были Сидни и Люк.

Так вышло, что с Люком у Зум-Зум общения никак не выходило, после той истории на катке их диалоги минимизировались до «привет-пока», чему Зум-Зум была рада, потому что питала к Люку глубочайшее презрение. Однако, это не помешало пригласить его сегодня.

С Сидни общение тоже сошло на минимум, в основном оно перешло в форму переписки, телефонные звонки прекратились в тот день, когда Зум-Зум перессорилась со всеми вокруг. И что было особенно странно, так это то, что и Наташа, и Сидни, и даже Люк, вели себя так дружелюбно, так вежливо, что складывалось впечатление поминок.

– Почему стоит еще стул? Еще кто-то подойдет? – спросила Сидни.

– Да, Глен. – коротко ответила Зум-Зум. Сидни и Люк переглянулись. – Я его не звала. То есть я думала, что он в отъезде, мы на некоторое время потерялись, не созванивались.

Он сам захотел прийти. Это ты ему сказала об ужине?

– Да, недавно обмолвилась. – задумчиво промычала Сид. Сейчас ее мысли были заняты непростым анализом обстановки, дело в том, что Люк не так давно завел привычку повсюду брать с собой небольшую фляжку, ее он прятал во внутреннем кармане куртки. Перед тем, как отправится к Зум-Зум, Люк вылакал до дна содержимое фляжки у Сидни на глазах. И вот теперь она, напряжённо уставившись на вилку, ждала от своего парня новых фокусов.

В дверь позвонили. Ошибиться было невозможно, там точно пришел Глен, Зум-Зум следовало идти открыть дверь, но ее ноги, словно приклеенные, не двигались с места. Секунда тянулась, как вечность. Звонок продолжал звонить, Сид смиренно смотрела в окно, Люк таскал с тарелки нарезанные овощи, Наташа уставилась в телефон, поэтому казалось, что этот звук слышит лишь Полин.

– В дверь звонят! У вас там руки отнялись, что ли? – гаркнул из гостиной отец.

– Ого, у тебя, что, родители дома? – Люк даже присел, словно за раньше времени съеденные овощи его собирались наказать. – Я думал мы одни будем.

Полин открыла дверь, за которой стоял Глен, и это вызвало эффект дежавю. Как и в новогоднюю встречу, когда она отпирала ему дверь, так и сейчас, из подъездной темноты свет прихожей выхватил его высокую фигуру, синие глаза растеряно заморгали.

– Здравствуй. – приветливо сказал Глен.

– Привет.