Последняя из рода Дариан. Книга 2. Лабиринт

Попросила пробегающую мимо помощницу-практикантку принести мне теплой похлебки из папоа и покормить. Потом занялась принцем. Посоветовала ему поспать, обнадежила скорым выздоровлением, предложила восстанавливающий отвар, который поможет быстрее восполнить силы.

Вокруг по-прежнему кипела жизнь. Стонали получившие ожоги колдуны, прибыл еще один в парадном костюме с окаменелыми ногами. Я наблюдала за работой целительницы, ела с ложечки, стараясь ни капли не проронить. Чувствовала неловкость в этот момент, находясь под пристальным вниманием аристократа.

– Ты приходила? – сразу же спросил Шай.

Я сделала вид, что не расслышала вопроса, закрыла глаза.

– В оружейную приходила?

– Нет. Принц, я тебе уже все сказала. Не стоит перекладывать свои проблемы на других, справляйся со своим наваждением сам.

Я отвернулась, в меру своих возможностей устроилась поудобнее, намереваясь поспать.

– Не шевелись, – без доли насмешки на лице сказал Шай, – иначе швы разойдутся.

– Немедленно верни его на место.

– Не могу, силы… закончились, – сказал он и уронил голову на подушку как раз в тот момент, когда мое кресло опустилось рядом с его койкой.

Я одарила колдуна гневным взглядом. Отвернулась, убрала руку с подлокотника, но принц поймал ее и вернул на место.

– Ты мне должна желание.

Попытка вырваться и не пошевелиться не дала успеха. Пришлось сцепить зубы и поднять на наглого аристократа глаза.

– Хочу от тебя сотню «да».

– А хотелка не треснет?

– Так и быть, девяносто девять.

– Тебе не кажется, что превратить одно желание в девяносто девять – это слишком? Нужна рабыня? Чего тогда мелочишься, сразу примени на мне зелье, которое использовала Самина, и дело с концом.

Я втянула побольше воздуха, сжала ладонь в кулак, но Шай убрал руку, и больше не пришлось с ним бороться. Он вытянулся на койке, устремил взгляд в потолок.

– Добровольные «да», бродяжка. Я не стану заставлять, принуждать или действовать против твоей воли. Хочу «да», на которые ты определенно ответишь отказом, потому что боишься или стесняешься, потому что посчитаешь это неуместным или неправильным, решишь отказаться, как в случае с нашим боем на гайо.