Бракованный

Долго вглядывался в экран, менял в устройстве фильтры, убирал слои.

А когда выпрямился и размял спину, замер.

– Погоди, Джи вроде бы сказала не прикасаться к ней.

Я убрал свою ладонь, показывая, как она сжимала мой большой палец левой руки.

– Странно, – почесал Норсон затылок. – А сделала это до того, как начала ругаться, или после?

Вместо ответа я вновь накрыл ладонь Джи своей, подавив мигающее на экране предупреждение о том, что нельзя прикасаться к хозяину без его разрешения.

***

Пробуждение было необычным.

Я ощущала на языке привкус своей злости. Собиралась высказаться до конца, выплеснуть на киборга накапливаемые за все эти пять лет эмоции, которые тщательно подавлялись и скрывались. Однако разлепила веки и увидела темные глаза.

Было тепло. Развеялись страхи. Казалось, больше никто не посмеет обидеть меня, не посмотрит косо в мою сторону и не скажет дурного слова. Я будто наполнялась светом. Взгляд мужчины обволакивал, проникал вглубь, словно нащупывал сердце…

Я вздрогнула.

Испуганно осмотрелась, вжалась в операционный стол и выдернула свою ладонь из рук киборга. Алиита, это что сейчас было?!

– Норсон! – позвала я.

Мой старый знакомый выбежал из соседней комнаты. С встревоженным видом остановился возле меня и, не отыскав взглядом причины для беспокойства, начал вытирать о принесенное полотенце руки. В мире столько изобретений, а он продолжал пользоваться устарелыми предметами.

– Как самочувствие?

– Н-нормально, – вновь глянула я на киборга, а затем только вспомнила о голени и прислушалась к ощущениям.

 – Вроде не болит.

Норсон не поверил. Отложил полотенце и нажал на поврежденное место указательным пальцем, отчего я вскрикнула. Оказывается, не все так хорошо, как подумалось.

– Сутки ноге нужен полный покой, – пояснил мой старый знакомый. – Я ускорил процесс сращивания, кость цела, но велик шанс, что треснет. Поэтому желательно не наступать на нее, не тревожить. Предлагаю даже зафиксировать.

– А как же работа? – опомнилась я.

 – Нет, мне нельзя!

Норсон закатил глаза. Он махнул на меня рукой и отправился по своим делам, правда, не успел толком скрыться за дверью, как вернулся обратно, полный решимости.

– Хотел промолчать, но скажу. Джи, хватит! Твое усердие ни к чему хорошему не приведет. И еще скажи спасибо, что линзы достал.

– Спасибо, – упрямо произнесла я, не чувствуя ни капли благодарности.

– Джи, твой киборг ничего никуда не передаст, уж поверь.