Частица жизни. На краю смерти

Чтобы унять свой испуг, Эмми зажмурилась и прижалась лицом к своему левому плечу, боясь посмотреть в сторону смерти. Пленница ждала. Ждала неминуемой расправы, которая должна была состояться. Но время шло, а со стороны ворот так и не доносились ни шаги, ни громогласный рёв чудовища. Только скрип, который вскоре тоже стих.

Собрав в себе последние силы, девушка приоткрыла глаза и подняла голову. То, что она увидела, её глубоко поразило.

Металлические створки ворот были раскрыты, а из чёрной пустоты ангара появлялась тёмная фигура.

– Зверь! – радостно завизжала девушка.

– Такси прибыло, мэм, – послышался грубоватый ответ, в котором всё же звучали дружеские нотки. В следующий миг раздался выстрел, и цепочка наручников, сковывавших Эмми руки, звякнув, разлетелась на две половинки. Девушка же аккуратно рухнула на мягкий песок, – Собирайте ваш багаж, – довершил фразу пленник.

– Ты вернулся! – Эмми не могла поверить своим глазам, – Я уже и не надеялась.

– Так, всё. Хватит разглагольствовать. Нам пора идти.

– Но… Да.

Не теряя больше ни секунды, недавние пленники двинулись в путь. Они вошли обратно в ангар и, углубившись в него, свернули направо. Там в стене было довольно-таки большое отверстие с лежащей рядом на полу тяжёлой металлической решёткой, вырванной «с мясом», по-видимому, в результате взрыва одного из бомбо-ножей Зверя.

– Сюда, – скомандовал экс-заключённый, и Эмми беспрекословно последовала за ним.

Они преодолели множество поворотов и лестниц и вскоре вышли в небольшой коридорчик, расположенный на нижнем ярусе Колизея.

– Так, отлично. Прорвёмся, – подытожил Зверь, заглянув за угол.

– Ты собираешься ввязаться в битву? – удивилась Эмми.

– Зачем же? Просто смешаемся с толпой, – ответил тот и, сорвав со стены несколько из множества висящих там плащ-накидок, протянул одну из них своей боевой подруге, – Вот возьми. Лицо поглубже в капюшон укутай, чтобы сильно в глаза не бросалось.

Девушка без возражений тут же завернувшись в поданную ей одежду. Зверь тоже накинул на себя плащ, и они, быстро выбравшись из своего убежища, окунулись в самую гущу народа.