Декабристка

Долго выбирали, приценивались и брали самую тонкую пластинку плесневелого, безумно дорого сыра или нежной розовой ветчины. И, досыта покатав детишек на бесшумной дорожке эскалатора, уходили в дождь и промозглую тьму – счастливые, обогретые и обласканные, чувствуя себя прикоснувшимися к чужому шику и сервису, будто за границей побывали. Даже пьяные здесь боязливо и смущённо приглушали мат. Товарки толкали их локтями. «Ты чо?» – «Через плечо да по лбу, вот чо».

На карманные деньги, выдаваемые воспитанницам, Грушка брала блок жвачки и усаживалась возле разноцветного музыкального фонтана.

Лицо приятно орошала мельчайшая водяная пыльца.

На коленках лежала книжка: она подобрала её здесь же на лавочке и зачитала до дыр. С глянцевой обложки ослепительно улыбался автор: холёный мажор с лицом розовым и гладким как у женщины. От книжки слабо пахло духами. Грушка нюхала пальцы и сожалела, что запах улетучивается.

Её завораживали иностранные словечки, которыми пестрела книга.

Они уносили её в другой, недосягаемый волшебный мир. Покоряли своей значительностью, тайной, обливали высокомерием и презрением – и одновременно снисходительно позволяли заглянуть в чужую богатую жизнь.

Там летали самолётами «Delta Airline» и читали журнал «Vogue», носили браслеты от Tiffany и очки «Ray Ban Wraparound». Белое вино «Pinot Grigio» дегустировалось в «Bosco Cafe». Перед тем как вызвать девушку по телефону «Nokia Sirocco Edition», герой-любовник чистил зубы пастой «Lakalut Brilliant» и кидал в рот таблетку «Viagra».

Грушка перекатывала на языке чужие буквы как камушки. С придыханием повторяла про себя непонятные, упоительные слова для избранных, слова – ключик, слова – пароль, слова-пропуск в высший свет… Отрывала затуманенные глаза от страниц, возвращаясь в реальность.

Всюду с рекламных щитов на Грушку смотрели ухоженные красотки. Они болтали по розовому телефону «Vertu», сидели за рулём новеньких, мокро блестевших авто, мерили бриллианты и соболиные шубки.

Надменно сдвинув бровки, приказывали, настаивали, требовали: «Любишь? Докажи!»

Вот такие девушки могли удостоиться внимания красавчика писателя. Вот такую шубку будет носить Грушка, когда вырастет. Она пока не знает каким образом, но будет, вот увидите.

Захлопывала книжку, снова и снова любовалась портретом смазливого автора.